Особенности дорожного движения, любви и шопинга в Индии

*На углу нашей улицы сидит пиратского вида старуха с серьгами, переходящими из ушей в нос, и юбке, расшитой зеркалами. Красавица! Попросили разрешения сфотографировать, отказалась. Лук эт май шоп, говорит, а потом уж щелкайте. Вытряхнула перед нами засаленные фенечки, явно снятые с утонувших туристов. Каждая — двести хандред. «У нас всего сто», — говорим. Бабуся не против: «Окей, бери любую за сто». Началась торговля. Мы ей свою цену говорим, она на жизнь жалуется, головой качает. «Тора-тора», — мало, значит. Какое тора, если эти же фенечки, только новые, у нас на Апаксином дворе по двадцатке? Спорили, спорили, устали. Решили бабусю не фотографировать — нам такая фотомодель не по карману. Попрощались и пошли. А в Индии честная торговля начинается только тогда, когда выжатый покупатель идет на выход. *

Бабуся припустила за нами: «Берите за ваш прайс» — кричит, — «Ироды-грабители! Ешьте тело мое, пейте кровь!» Потому что отпускать покупателя без покупки нельзя, за это Шива обижается и следующего туриста оправляет к соседу. Я применяла индийскую методику в Белоруссии, когда Бабон оправляла меня торговать смородиной. Говорила цену, человек называл свою. Поупираюсь с минуту, потом отдаю за то, что он предлагает. По закону кармической отмашки следом приходил покупатель, который брал мою смородину без торговли. Несговорчивые тетки рядом со мной только зубами скрипели. Просто они не знали, что с Шивой надо дружить. Если вы купили какую-то хрень, которая вам изначально была не нужна и теперь не ясно, что с ней делать — это Шивина работа. Владелец магазина очень сильно бога просил, пуджи свежие вешал, напоминал о счетах за аренду и электричество, и Шива направил к нему нас. Мы вообще ничего покупать не собирались. Возвращались домой, и глаза наши зацепились за лоскутные покрыла. Зашли полюбоваться. Одно — просто песня. Сшито из старых свадебных платьев. Каждый лоскут — ручная вышивка, бисер, люрекс и зеркала.