Вечный зов Афин

…В старой таверне в самом сердце старых Афин было две странности. Во-первых, название: таверна носила имя «Псарос», что для русского уха звучало не очень съедобно (это потом уже стало понятно, что псаро-таверны – всего лишь ресторанчики, где подают больше рыбы, чем мяса). Во-вторых, удивляла стройность персонала, что никак не вязалось с величиною порций.

– Как вам удается сохранить такую фигуру? – не выдержали мы.– А вы посмотрите, сколько в Афинах лестниц! – на бегу ответила официантка с подносом.

Если с утра прилететь из Москвы и к обеду с толпой шумных афинян попасть в таверну средней руки, то масштаб греческого обеда впечатлит кого угодно. Ну, допустим, барабулька. Она и в Греции величиною с барабульку, но от порции мусаки, баклажанной запеканки размером с лист А4, с трудом удалось отъесть хотя бы четверть – иначе бы в желудке не осталось места ни для жареной в перце каракатицы, ни для медовой пахлавы. А ведь уже был до крошки съеден дежурный греческий салат, в который здесь добавили что-то совершенно неведомое: то ли пахучую овечью брынзу, то ли какой-то особенный лимонный базилик, отчего простые огурцы и сладкие южные помидоры обрели сказочный вкус.

«Псарос» затерян в узких улочках самого колоритного афинского квартала Плака, где вся застройка покоится на античных фундаментах, мифы переплетаются с реальностью, а археологи, начав раскопки в XIX веке, не могут остановиться по сей день.

Вверх по извилистой лестнице – кухня, вниз – внутренний двор. Во дворе вечно сидит франтоватый старик, достопримечательность и лицо заведения. Говорят, когда-то он вместо Энтони Куина лихо отплясывал сиртаки в распахнутой белой рубахе, когда американцы снимали в этих стенах «Грека Зорбу». Сейчас, глядя на старца с клюкой, в его былую прыть верится с трудом, но кинолегенду в обязательном порядке представляют гостям.

Комментарии
Комментарии