Театр малых городов

Топ-10 провинциальных спектаклей.
Театр малых городов

Не знаю, для кого как, а для меня всякий приезд на Фестиваль театров малых городов России — что-то вроде свидания со страной, свидетельства ее жизнеспособности и потенциала. Разумеется, можно просто сесть на самолет и отправиться в театр в Сибирь, на Урал или в Поволжье, но когда в течение недели ты смотришь дюжину спектаклей из разных концов той самой Родины с большой буквы, которую так немилостиво в последнее время стали склонять во всех падежах разные жулики, ты получаешь более уверенное впечатление.

Как бы это впечатление в коротких словах описать? Кажется, на рубеже веков в российском театре случилось нечто важное, давшее ему импульс если не к подъему, то хотя бы к уверенному движению вперед. «Витрины» крупных столичных театров с их особенными бюджетами и претенциозными зрителями тут не так показательны, как скромные коллективы из маленьких городков. Кстати, артисты театра «Бенефис» из крошечного Ельца вполне могли бы провести с труппами ряда прославленных театров обеих столиц мастер-классы — дабы обучить их играть спокойно и без натуги, не орать и не плевать в воздух. То, что творит в этом театре тихий провинциальный гений Юрий Мельницкий, вообще трудно поддается описанию. Его «За чем пойдешь, то и найдешь» по Островскому — вовсе не наваристая комедия, как принято, а внежанровое, поисковое предприятие. Этот сомнамбулический, вкрадчивый спектакль словно вслушивается в самого себя, то затихая, то вспыхивая серией незабываемых поэтических образов. Островский тут рифмуется то с Достоевским, то — неожиданно — с Киплингом, дымковские игрушки вырастают в человеческий рост, а вдовушка Белотелова оказывается скромной и несчастной женщиной среднего возраста. В этом спектакле Мельницкого даже не столь важно «что», сколько «как» — тут есть упоенное переживание таинства театра, настолько сильное, что спектакль полностью вырывает зрителя из быта, помещая его в пространство дистиллированной культуры.

Получивший Гран-при среди спектаклей большой формы «Иванов» из Новокузнецка (режиссер Петр Шерешевский) тоже представляет собой экзерсис из области русской классики и тоже счищает с хрестоматийной пьесы пошлейшие штампы. Режиссер положил Чехова на современные ритмы — от Псоя Короленко до Деймона Албарна — и поместил действие пьесы в свободное от житейского антуража пространство, окруженное видеоэкранами: то ли черепная коробка Иванова, то ли чистилище. Шерешевскому, как всегда, удалось впечатлить публику серией сценических метафор вроде красных шариков, словно кровавая мокрота, выпадающих из-под колосников в момент кончины чахоточной Сарры. Но важнее в этой работе оказалась острая, почти экспрессионистическая трактовка чеховских образов, приблизившая их к зрителю XXI века. Страстная самоотдача актеров (в первую очередь, Андрея Ковзеля и Илоны Литвиненко) сделала спектакль совсем неотразимым.

Комментарии
Комментарии