Три выставки недели

«Книга трав» Дмитрия Плавинского в ГМИИ им. Пушкина, вся история мировой анимации на ВДНХ, фигуративная живопись классиков современного искусства в московской галерее Гари Татинцяна.
Три выставки недели

«Книга трав» Дмитрия Плавинского (1937–2012), одной из самых ярких фигур отечественного неофициального искусства 1960–1980-х, была создана художником в 1963 году. Это обширный графический цикл, воплотивший мировоззрение мастера, его представление о роли искусства в постижении Вселенной. Увидеть большое в малом — такой виделась Плавинскому эта задача, став ведущей в его творчестве в 1960-е годы. В своих рисунках и монотипиях он как бы создает «алфавит» трав, сопоставляя одновременно формы листьев со звуками — фонетическими знаками. Изучение растительного мира имеет большую традицию в искусстве — достаточно вспомнить ботанические атласы эпохи Просвещения, акварели и гравюры Альбрехта Дюрера, произведения Мартина Шонгауэра и других старых мастеров гравюры. Плавинский продолжил эту традицию, выработав при этом собственную философскую концепцию и язык. В выставку, помимо рисунков и монотипий «Книги трав», офортов и офортных досок, с которыми работал художник, включены произведения из собраний Государственного музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина и Государственного биологического музея им. К.А.Тимирязева, а также из частных коллекций, перекликающиеся с «Книгой трав» Плавинского: образцы старинных гербариев, атласы XVI–XVIII веков, гравюры Дюрера и японские ксилографии в жанре укиё-э. До 6 декабря.

На ВДНХ в павильоне № 15 («Радиоэлектроника») открылась привезенная из лондонского Центра Barbican выставка «Искусство в движении», где представлено около 100 мультфильмов, охватывающих все этапы истории анимации. Рисованные фильмы, кукольные, пластилиновые, театр теней, песочные — каких тут только нет! Работы первооткрывателей этого любимого всеми вида искусства Жоржа Мельеса и братьев Люмьер, Симпсоны, Халк, популярнейшие во все времена Микки-Маус, Том и Джерри, а также мало известные у нас шедевры вроде «Голема» (1993) чешского классика Иржи Барты и «Последнего клоуна» (1995–2000) Франсиса Алюса.

Комментарии