Сирия как она ест

Как накормить семью курицей и горстью зерна. Бонус — рецепт шиш-таук.
Сирия как она ест

О чем бы ни шел разговор, он неминуемо приходит к беженцам из Сирии. Я сижу в курдском ресторане на одном из парижских бульваров, в окружении друзей-армян. Все-таки признай,— говорит один из них,— что вкуснее кухни, чем кухня бывшей Османской империи, не встретишь. И это правда. Там, где перемешался опыт самых древних народов Земли, получились ароматные соусы, сочное мясо, истекающие медом сладости.

Мне интересно, что они едят, жители Сирии и Ирака. Мое знание об Ираке остановилось на периоде, описанном в книге Вавилон легендарный и исторический. Древние шумерские таблички содержат бесконечные рассказы о хозяйственной деятельности. О том, как растили ячмень (тогда еще даже пшеницу не умели выращивать), как отводили воду из рек и поливали посевы, как судили тех, кто воровал у соседа. Люди как люди, хоть и много тысячелетий назад. В современных сообщениях тоже мелькают названия Тигр и Евфрат. Междуречье, которое я мечтала увидеть и которое, наверное, никогда не вижу. И опять война идет вокруг стратегических речных долин, источников воды. Там по-прежнему самые плодородные в регионе поля зерновых, и это зерно, как в древнем Шумере, используется как способ давления на население. Первое, что страдает от войны,— сельское хозяйство. От голода пытаются убежать люди.

Перед нами широко, по-восточному накрытый стол. Армянка из Ливана рассказывает мне о различиях между ливанской и сирийской едой. Ее рассказ пахнет пряностями, заатаром и сумахом. Она говорит мне про Алеппо, город 14 религий, один из самых старых городов мира. Я тоже вступаю в разговор: только что беседовала с хранителем алеппского банка семенных культур. Там хранятся зерновые и бобовые еще библейских времен. Пальмиру спасти не удалось, а банк выжил, хранители тайно перевезли семена в другие страны.

Комментарии
Комментарии