Школа в российских фильмах

Почему в отличие от голливудских наши картины так и не создали единый образ школы.
Школа в российских фильмах

Современную российскую школу можно увидеть и в популярном ситкоме «Физрук», и в жёстких псевдодокументальных картинах Германики. Снимаются десятки картин, большинство из которых лежат на полке. Но среди тех, что попадают к зрителю, одни кажутся нам слишком слащавыми и нереалистичными, другие — тоже нереалистичными, но из-за их беспросветной мрачности. Мы понимаем, что истина где-то посередине. Но отражена ли эта истина в нашем кино? Ревизию отечественных сериалов и фильмов о школе последних лет провела кинокритик Наталия Курчатова.

Становление детской личности в коллективе сверстников — один из вечных цивилизационных сюжетов. Его можно поместить хоть в волшебный мир, как в историях о школе Хогвартс, хоть в мир будущего — как происходит в новой версии «Стартрека». Или с некоторой натяжкой — в советском телефильме «Гостья из будущего». Суть от этого изменится незначительно, речь всё равно пойдёт о возникновении социальной иерархии, воспитании навыков совместного решения проблем, получении первого опыта товарищества, дружбы и любви. Проработанность и жанровое разнообразие подобных фильмов и сериалов может дать неплохое представление о состоянии общества.

Советский кинематограф подарил зрителям много картин, сосредоточенных в основном на этических вопросах воспитания человека и зачастую шедших вразрез с установками реальной школы. Особенно в её позднесоветской версии. Можно вспомнить «Доживём до понедельника», «Большая перемена», «Чучело». Их создатели вступали в спор с официальной парадигмой ориентации детей на «школьные успехи», выражавшиеся прежде всего в прилежании и послушании. По сути, требованиях конформизма.

Американская традиция скорее шла по пути не проблемного кино о школе, а жанрового разнообразия. От молодёжной комедии с её отвязностью и грубоватым юмором до школьных триллеров, работающих на поле страшных историй, весьма популярных в детском и подростковом фольклоре. Стоит вспомнить хотя бы страшилку про «чёрный-чёрный город», которую на разные лады советские дети рассказывали друг другу в походе или в летнем лагере после отбоя. Ещё одна ветвь западной традиции — сюжеты о детях и подростках с необычными способностями, будь то британский сериал «Отбросы» или американские «Герои». У нас она по сей день практически отсутствует.

Что же представляет из себя современное российское кино о школе, о чём оно нам может поведать? При том что российское школьное кино наследует как советские «проблемные», так и западные «развлекательные» линии. По-настоящему ярких картин на эту тему снимается на удивление мало. За последние десять лет на слуху — едва ли десяток проектов, привлекших хоть какое-то внимание публики. Самым ярким явлением, пожалуй, можно назвать работы режиссёра Валерии Гай Германики. Картину «Все умрут, а я останусь» и последовавший за ней сериал «Школа», с большим успехом прошедший на Первом канале в 2010 году.

В центре картины «Все умрут, а я останусь» — подростковая дружба трёх девятиклассниц, Кати, Жанны и Вики. Девочки, как и бывает обычно в этом возрасте, куда больше озабочены не учёбой, а проблемами собственного взросления. Отношениями с мальчиками, друг с другом и возможностями нарушения границ, установленных взрослыми. Сюжет вращается вокруг школьной дискотеки, которая естественным образом понимается как инициация — и в итоге и становится таковой.

Характерный драматургический псевдодокументальный стиль Германики с её вниманием к мусорным, казалось бы, мелочам осовременивает совершенно советский взгляд на подростка. Подросток здесь становится ареной столкновения высших этических представлений с инстинктивными побуждениями. При этом последние вшиты не столько в отдельного человека, сколько в окружающие его социальные группы — будь то взрослое общество или молодёжные компании. Так, хрупкая идеалистическая дружба трёх девочек трещит по швам под влиянием репрессивных правил, навязанных взрослыми (если Катя не вернётся домой, в школе отменят дискотеку) и жестоких законов «молодых волчат» (если Вика и Жанна пойдут с Катей на дискотеку, им там «лицо порвут»).

Сериал «Школа» подходит к этической проблематике ещё ближе. Да что там — он весь плоть от плоти знаменитого фильма Ролана Быкова «Чучело», в котором блистала юная Кристина Орбакайте. В «Школе» Аня Носова, героиня артистки Валентины Лукащук, — практически Лена-Чучело без ретуши. Умная, несносная, сильно и глубоко чувствующая девочка-эмо, ходячая проблема для своих дедушки и бабушки, школы и сверстников. Особый дар Германики — способность показать подростка во всей полноте его противоречивых побуждений, будто с одной с ним парты.

Германика говорит, что «проблемный» ребёнок не просто становится жертвой по чьей-то воле, но сам принимает участие в конструировании этой позиции.

Да и дети-агрессоры тоже в каком-то смысле являются жертвами ситуации и в итоге тем или иным образом страдают от этого. Причём зачастую речь идёт не только о страданиях душевных, но о совершенно явном жизненном сломе.

Думается, что никакой флёр скандальности сериала не помешал зрителям прочесть этот незамысловатый, но очень достоверный подтекст. Этим и объясняется высокая популярность «Школы», которая говорит с человеком о настоящем безо всяких цензурных скидок.

Пример противоположного подхода — весьма слабый ремейк фильма «Розыгрыш» 1976 года, перенесённый в новые реалии в 2008-м режиссёром Андреем Кудиненко. В общих чертах сюжет повторяется: в центре конфликт признанного лидера класса, юного лощёного проходимца Олега и нового ученика Игоря. Правда, в новых реалиях привычка Олега ходить по головам подкрепляется его происхождением: он сын успешного бизнесмена, который фактически «содержит» школу. Новый «Розыгрыш» фактически является бенефисом популярного исполнителя Ивана Noize MC Алексеева, который играет роль совершенно ненатурально правильного Игоря. А финальный внутренний монолог «побеждённого» Олега («У меня будут деньги, учёба за рубежом, дорогие машины и роскошные женщины, а у вас... что-то другое») может вызвать разве что горькую иронию насчёт неминуемого торжества таких вот олегов.

Ещё один проблемный фильм, который по неким формальным признакам может быть отнесён к школьной теме, — картина Александра Велединского «Географ глобус пропил». После недавней трагедии на Сямозере история о недотёпе-географе, который потащил школьников в водный поход, а сам провёл этот поход в обнимку с бутылкой, смотрится довольно зловеще.

Впрочем, во времена работы над фильмом создателей занимали всё-таки не вопросы техники безопасности, а скорее вопрос о том, так ли многому взрослый человек может научить подростка. При том что большинство взрослых и со своей-то жизнью разобраться толком неспособны. В конечном итоге мы взрослеем, как и любим, как и умираем, совершенно самостоятельно. Это горький, но непреложный факт.

Лучшая помощь иногда в том, чтобы вовремя вынести себя за скобки, не мешать своим опытом, который может оказаться неактуальным или даже пагубным.

А вообще «Географ», конечно, не столько о школе. Скорее о разных важных и трудноуловимых вещах, которых полно в каждой жизни. И о которых прекрасно пишет Алексей Иванов (по его роману снят фильм), снимает Велединский и играют превосходные артисты.

Ещё один жёсткий злободневный фильм из числа «серьёзных» — картина «Училка» режиссёра Алексея Петрухина, вышедшая в прокат на каких-то странных условиях. Широкой публике она осталась почти неизвестной. Меж тем сюжет фильма весьма впечатляет: это история об учительнице, которая взяла в заложники собственных учеников.

Развлекательную нишу школьного экрана представляют в основном телесериалы. Это суперуспешный «Физрук» телеканала ТНТ о бывшем бандите, устроившемся работать в школу. Это проект «Закрытая школа» (адаптация компании Amedia испанской «Чёрной лагуны», показанная на СТС). Странный ситком «После школы» (совместное производство Walt Disney и Первого канала) и некоторые другие.

«Физрука», надо думать, не смотрели только снобы и крайне занятые люди, «Закрытую школу» можно осторожно рекомендовать любителям тех самых «детских страшилок»: уровень сюжетной логики в сериале примерно таков. Впрочем, и испанский оригинал не может похвастаться особой тщательностью в этом плане.

Проект «После школы», несмотря на звёздный каст (Михаил Пореченков, Ксения Раппопорт и другие), страдает фатальными драматургическими недостатками. Здесь просто нет истории, за которой интересно следить. Диалоги пусты и скучноваты, и никакие режиссёрские хитрости, музыкальные номера и пестрящие в кадре эмодзи не могут этого скрыть. В общем, странный блин комом от достаточно именитых драматургов Пресняковых.

В сухом остатке про школьное кино в России можно с определённостью сказать только одно: оно, несомненно, есть и в лучших образцах вполне состоялось. Другое дело, что если найдётся, например, сторонний зритель, который подряд посмотрит все фильмы и сериалы списка — какого-то единого образа современной школы у него не создастся. Он узнает, что в Москве есть рядовая «Школа» Гай Германики, престижная школа «Розыгрыша». Ещё элитный интернат в особняке князя Щербатова, где творится всякая мистическая чепуха. Есть также странная школа а-ля детское Сколково из «После школы», а где-то в Перми ученики плывут по реке с вечно пьяным учителем.

Нет ни общих для всех традиций вроде американских «короля и королевы бала» на выпускном, нет типичных социальных групп вроде американских же чирлидерш или советского пионерского актива, нет и общего языка, на котором говорят об этом кинематографисты. И наверное, это как раз и отражает ситуацию в нашем современном школьном образовании, где «тот, кто в пятнадцать лет убежал из дома вряд ли поймёт того, кто учился в спецшколе». Только за 20 с лишним лет эта строка из песни группы «Кино» стала прямо-таки тотальной реальностью. Такое вот классовое расслоение.

Источник: Мел

Комментарии
Комментарии