Поликлиника начинается с регистратуры

Всякий скажет, что диспансер начинает с регистратуры. Не начинается; начинается — театр. Диспансер начинает вас.

Заполняю бланки у окошечка, меня профессионально оттирает локтем пронырливая тётенька лет шестидесяти. Стандартный такой вариант «Ой, а подскажите, у меня вот тут это», — и всё, и на двадцать минут она там встревает — ломом не выковырять.Потом какая-то её подруга подскочит, племянница с дочечкой...Регистраторша медленно перевела два вертикальных зрачка на тётю. Когда был Ленин маленький, с кудрявой головой, регистраторша ему уколы ставила, этою вот рукой — уверенной, сухой, твёрдой как угол стола.Ей Феликса на два дня понянчить отдали, вот после того Железным и прозвали.Голос звякает тускло и маслянисто, как печная дверца крематория: «Девушка, вы же видите. Вы — видите? Вот. Вы — видите: я — занята. Сейчас с мальчиком закончу, потом уж вы».Регистраторши не рождаются и не умирают — они пребывают вечно, иногда обмениваясь поликлиниками. Для конспирации или от скуки.

[1567]]

Единственная вещь в диспансере, которая не помнит визита августейшей попечительницы Марии Фёдоровны — большой плазменный телевизор в фойе второго этажа. Он призван скрашивать старинные порядки — так, чтобы получить три бегунка на анализы, необходимо засвидетельствовать своё почтение Заведующему Отделением.Сперва шёл «Осенний марафон». Галина Волчек басила «Бузыкин, будь человеком», все страдали, выпивали, плакали.Потом — «Белое солнце пустыни». Тарьям-там-там, тарьям-там-там. В такт тарьямканью размеренно и неспешно шаркали тряпичными тапочками процедурные сёстры и прочая мелкая нечисть. В углу, где большой белый шкаф со швабрами, прикинувшись вторым шкафом притаилась уборщица. Выскакивала на неосторожную жертву, рискнувшую пойти по мытому.Кикимора.

Когда я уже порывался встать и фигурно согнуть что-нибудь стальное и большое, из кабинета выскакивал Зав. Он выхватывал старушку из очереди и начинал заботиться. Медовый, медовый голос, весь само участие! Каждую о чём-то сердечно расспрашивал, каждой что-то обещал, успокаивал, вручал рецептики и направленьица, и всё на бегу, на бегу — не ухватить.Проскальзывал сквозь пальцы за дермантиновую дверь, на пороге оборачивался, косил на меня таинственно глазом. Вампир.

Комментарии
Комментарии