Бизнес-план или творчество

Российский фотограф Андрей Гордасевич — о том, кем надо быть современному фотографу, что зритель ждёт от искусства и почему свой стиль должен быть не у человека, а у проекта.
Бизнес-план или творчество

Андрей Гордасевич называет себя рассказчиком, и для того, чтобы рассказать историю, одного фотоаппарата мало, считает он. Тем более что сейчас любое устройство может, кроме фото, записать видео, звук и сохранить текстовую заметку. Гордасевич объясняет, что его любовь к рассказам перешла в фотографию из литературы — до того как взять в руки камеру, он много лет писал тексты. История в фотографиях теряет часть смысла без текстовых пояснений, а слова не справляются, когда нужно описать что-то моментальное, что длится миг. Гордасевич рассказал Bird In Flight, чем воссоздать атмосферу происходящего, почему фотограф — не личность и что надо ставить своей целью при работе над проектом.

Андрей Гордасевич родился и живёт в Москве. Его фотоистории становились частью московских «Фотобиеннале», фестиваля «Мода и стиль в фотографии» и других. Книга «Пересечения» (2014 г.) получила ряд международных наград в категориях Documentary и People. Работы и книги Гордасевича находятся в коллекции «Мультимедиа Арт Музея», Москва (МАММ/МДФ), в частных коллекциях в России и за рубежом.

Когда-то я начал с уличной фотографии и съёмки повседневной жизни, где многое базируется на «однокадровом» подходе (хотя это очень условно и современный стрит далеко не ортодоксален). Сейчас мне уже не столь интересно снимать отдельные кадры. Гораздо увлекательнее рассказывать цельные истории, подбирая для каждой свои выразительные средства. Лет десять я занимался исключительно чёрно-белой плёночной фотографией, потом пришёл к цвету, а ещё позже — к цифре.

Сегодня любой девайс, способный сделать статичное изображение, позволяет записывать видео, звук и текст. Мне неважно, кто я: фотограф, видеограф или охотник за словами. Важнее быть рассказчиком. И я уверен, что именно в этом качестве современный фотограф не должен ограничивать свой инструментарий исключительно фотографией, чтобы переживание зрителя было более полным.

Зритель ищет в искусстве передачу атмосферы. Атмосфера, переданная историей, как правило, будет иметь большее число граней, будет сложнее, а аромат рассказа — тоньше. История, рассказанная с использованием различных средств, расставляет большее количество «триггеров» и более многообразно воздействует на воображение зрителя.

Если говорить об отдельных кадрах, в наше время им гораздо сложнее быть удивительными, чем прежде — из-за обилия изображений и их гипердоступности. Что само по себе хорошо, но требует привередливого отбора, а на это готовы не все.

В результате многие наши кадры рассказывают об уже рассказанном и не оставляют новых впечатлений.Кроме того, не зря фотограф и куратор Джерри Бэджер писал, что в плане нарратива один кадр — как одно сказанное слово. Когда ты рассказываешь историю, ты тоже отбираешь фотографии, но по понятным причинам уровень «ударности» у кадров в рамках повествования всегда разный. И рассказ заставляет тебя отказаться от отдельных кадров как самоцели.

Больше всего в своей работе я люблю то, что ещё не закончил. Я ловлю кайф от того, что в процессе работы над проектом складывается нечто буквально из ничего, как на чистом листе постепенно появляется текст.

Иногда мне кажется, что все кадры, которые мы сделали, на самом деле принадлежат не нам. У меня даже есть теория, что фотограф — это не какая-то там мегаличность, художник, а всего лишь проводник. Это означает, что, в первую очередь, от него зависит качество сигнала. От способности фотографа подключиться к человеку, от его готовности пропустить через себя и пережить чужую историю как свою. Конечно, нами что-то движет, но мы на самом деле не знаем, что именно. И это хорошо, потому что в этом есть тайна.

Комментарии
Комментарии