Волочкова: «Я хочу выйти замуж!»

Балерина рассказала в интервью об откровенных фотосессиях, школе балета и своей дочери.
Волочкова: «Я хочу выйти замуж!»

Имя Анастасии Волочковой знакомо даже людям, далеким от балета. Ее слова и поступки, откровенные фотосессии и эпатажные проекты вызывают восторг у одних и осуждение у других. Но собака лает, а караван идет.

*– Анастасия, я слышал, вас в детстве не брали в балетную школу из-за отсутствия данных. Неужели правда? *

– Мама привела меня на «смотрины» в Ленинградское хореографическое училище имени Агриппины Вагановой (ныне – Академия русского балета. – Прим. ред.). Я очень старалась понравиться строгим экзаменаторам, но их вердикт был страшен: не годна для балета! Это я сейчас понимаю, что у меня не было хорошей растяжки, не хватало гибкости и прыгучести. А тогда рыдала от горя. Но мама уговорила взять меня в первый класс. Чтобы не отчислили, приходилось брать частные уроки и упорно заниматься. Родителям едва хватало денег на оплату педагогов. Вспоминаю, как мама покупала в Гостином Дворе простые майки и сшивала их, чтобы получился купальник. А когда мне было 17 лет, наша семья потеряла жилье: при обмене нас обманул маклер. Вместе с родителями и лежачей бабушкой мы жили в съемной комнате в коммуналке. Места не хватало, и мне приходилось спать на полу.

– Но вы преодолели все трудности и попали сначала в Английский национальный балет, потом в Мариинский, а затем и в Большой театр. Плисецкая в своей книге рассказывала, какие нравы царят за кулисами главной российской сцены. А вы как выживали?

– Талант, красота, успех часто вызывают зависть. Мне, например, подрезали ленточки на пуантах, перед спектаклем срезали все украшения с костюма Одетты – Одиллии. Если честно, по интригам главный театр России всех превзошел. Как-то ко мне в гримерку пришли люди с красивым букетом цветов, в котором был спрятан большой нож как угроза, чтобы я прекратила судебные тяжбы и добровольно ушла из театра. Но я не сдалась.

– Вспоминаю этот знаменитый скандал, после которого вы начали сольную карьеру…

– Мое увольнение из театра было незаконным. Тогдашний директор Большого Анатолий Иксанов действовал с одобрения одного очень влиятельного человека, с которым у меня на тот момент испортились отношения. Когда случилась вся эта история, я встала перед серьезным выбором – уходить из профессии или создать что-то свое. В итоге при помощи мамы я начала выступать сольно.

– Зато теперь вы можете похвастаться домашним театром.

– Перед строительством загородного дома я показала архитектору только размер сцены. А когда увидела результат – просто обалдела. Большой театр отдыхает!

– Не обижает, что при вашем трудолюбии и целе­устремленности вы пока еще заслуженная, а не народная артистка, как многие ваши куда менее одаренные коллеги?

– Для меня награды и титулы значения не имеют. Я ценю лишь премию «Бенуа де ла данс» (балетный «Оскар») и звание народной артистки Северной Осетии-Алании, которое было мне присвоено в 2007 году за благотворительный концерт для детей, пострадавших при захвате школы в Беслане.

– Более известен благотворительный проект «Анастасия Волочкова – детям России» и ваши школы...

– Я долго, но безуспешно искала школу, в которой детей учили бы и танцам, и пению, и хорошим манерам. Не найдя, решила открыть собственную детскую балетную школу. В ней преподают современный танец, актерское мастерство, теат­ральное искусство, правила этикета. Мне хочется приобщить детей к миру прекрасного, оторвав их от компьютеров и телевизора, полных негатива. А еще помочь детям из глубинки, которым труднее пробиться в люди.

Моя первая школа искусств открылась в подмосковной деревне Николо-Урюпино, потом еще в нескольких городах. Открыть свой бизнес было не сложно, поскольку в свое время я защитила диплом в Высшей школе экономики на тему «Создание сети школ творческого воспитания имени Анастасии Волочковой».

– А Ариша тоже там занимается?

– Арише в сентябре исполнится 11 лет. Она поет в «Домисольке», увлекается рисованием, танцует. Но балет не ее призвание. Хотя дочь видит, как относятся ко мне люди, и спрашивает: «А когда я стану взрослой, у меня тоже будут брать автографы?» Я объясняю, что, для того чтобы стать знаменитой, надо много трудиться, иметь мечту и сделать все для ее реализации.

*– Надеюсь, у вашей дочери будет такой же, как у вас, волевой характер. И ей, к счастью, не придется выживать так, как вам в детстве. А помните свой первый гонорар? *

– Конечно. Первые деньги я получила в 14 лет на гастролях в Японии и на них купила маме роскошную шубу.

– Несколько лет назад вы рекламировали шубы и, как я слышал, тоже неплохо заработали. Думаю, скандал из-за откровенных фото­сессий на Мальдивах, который повсюду обсуждали, лишь увеличил размер вознаграждений…

– Та съемка была ответом всем любителям подглядывать. Стоит мне где-нибудь появиться, как на меня направляют все объективы. А потом появляются желтые заголовки типа «Волочкова устроила стриптиз на пляже». Исподтишка папарацци снимали мои переодевания во время модных показов, а потом отбирали и тиражировали неудачные кадры.

И вот на Мальдивах, куда я поехала с мамой и дочкой, в кустах меня снова караулили фотографы. Мы поймали одного такого смельчака, отобрали флешку. На следующий день я прямо в отеле купила за десять долларов простенькую «мыльницу» и попросила знакомого поснимать меня на пляже. Стыдиться и скрывать мне нечего: фигура хорошая, грудь своя – пусть все смотрят и завидуют!

*– Но одно дело раздеться, а другое – такие кульбиты выделывать! Кстати, чаще всего на эротических снимках вы делаете шпагат. Журналисты даже подсчитали, сколько видов этого элемента сделали – около десятка! Это ваше фирменное упражнение? *

– Шпагат – символ моей профессии, тот навык, без которого танцевать просто не получится. И он дался мне нелегко. Чтобы сесть на шпагат так, как это делаю я, нужно несколько лет упорно работать. Каждый день до семи вечера заниматься в балетном классе Вагановского училища, а потом полтора часа добираться домой, где меня уже ждал частный педагог, и еще два часа тренировок. Сама не понимаю, как выдержала такую нагрузку.

– Анастасия, вы сказали про новые музыкальные проекты, про желание играть на театральной сцене. Вам уже доставалось на орехи за эти амбиции – несколько лет назад от Ксении Собчак, а не так давно – от Оксаны Пушкиной. Кстати, что же на самом деле произошло между вами?

– Оксана – крестная моей дочери. Поэтому я не ожидала удара в спину, когда согласилась участвовать в ее авторской программе «Зеркало для героя» на канале НТВ. Мне говорили, что речь пойдет о спектакле «Пришел мужчина к женщине», в котором я дебютировала на сцене столичного театра «Школа современной пьесы». Но Оксана начала довольно резко критиковать меня, учить жизни и даже сказала, что ей стыдно за то, что дружила со мной все эти годы.

Она устроила настоящее судилище надо мной с упреками и укорами. Я не выдержала и расплакалась прямо в студии. К счастью, там были близкие мне люди, указавшие Пушкиной на недопустимость подобного поведения, а мой пресс-секретарь попросила остановить съемку. Оксана не имеет права бросать в меня камни, поскольку тоже далеко не идеальна – за десять лет ни разу не поинтересовалась ни моей жизнью, ни жизнью своей крестницы.

*– Вы должны быть готовы к тому, что критики и камней в ваш адрес сейчас станет еще больше. Ведь вы заявили о своих политических амбициях… *

– Несколько политических партий предложили мне представлять их на выборах в Госдуму в качестве кандидата в народные избранники. Мне хотелось бы защищать интересы простых людей, но пока окончательного ответа я не дала.

*– Не огорчает, что после стольких лет труда сегодня вы чаще мелькаете в светской хронике, нежели в балетных рецензиях? *

– Признаюсь, я горжусь тем, чего достигла в этой жизни. И ничего при этом не стесняюсь и не скрываю. Жалеть приходится только об отсутствии свободного времени – столько всего хочется еще успеть! Мечтаю о хороших ролях в кино, о музыкальной карьере, хочу написать новую книгу, сыграть в мюзикле. И конечно, хочу выйти замуж, чтобы подарить Ариадне брата или сестру!

Источник: Вокруг ТВ

Комментарии
Комментарии