Таша Строгая: «Я принимаю себя любую»

«Смена имиджа — это, пожалуй, наиболее простое, что можно придумать, чтобы перезапустить себя и пойти дальше».
Таша Строгая: «Я принимаю себя любую»

«Для того чтобы изменить жизнь, нужно сделать хотя бы первый шаг, — со знанием дела рассуждает ведущая программы «Снимите это немедленно!» (СТС) Таша Строгая. — И смена имиджа — это, пожалуй, наиболее простое, что можно придумать, чтобы перезапустить себя и пойти дальше. У меня самой перемены последовали одна за другой, когда я сначала стала рыжей, а затем взяла псевдоним Таша Строгая!»

— Я хорошо помню, как почувствовала животный страх за еще не родившихся детей. Это произошло во время УЗИ, на 12-й неделе беременности. Врач показывал мне на крошечный плод, который пульсировал внутри меня, и в этот момент меня будто переклинило, по спине покатился пот. Я испытала неведомый до этого ужас: «Не дай Бог с ним что-то случится!» Это сильнейшие эмоции, нечто первобытное, заложенное в женщине природой.

Даже трудно объяснить, но думаю, рожавшие женщины меня поймут. И после рождения детей этот страх никуда не девается, с ним просто привыкаешь жить. Думала, может, я одна такая сумасшедшая, но потом пообщалась с другими мамами — и все они подтвердили: первобытный страх за ребенка живет в каждом из родителей. У меня он присутствует в двойном объеме, так как в семье близнецы.

Сейчас смешно вспоминать, но мы с мужем почему-то были уверены, что родятся мальчик и девочка, — как будто другого варианта и быть не может. «Нет, ну двух мальчиков не получится — это было бы слишком круто!» — рассуждали мы. «А две девочки — чересчур, я лично с ними с ума сойду!» — добавляла я. (Смеется.) Поэтому, решив, что у нас будут мальчик и девочка, я быстро предложила имена: Васса и Федот.

По поводу второго муж заметил: «Ты понимаешь, Федот — очень сложное имя, сразу напрашивается поговорка «Федот да не тот». Давай официально назовем Федором, а дома будем звать Федотом». — «Но это же два разных имени», — объясняю я. Он: «Ну и что!» (Смеется.) Наш спор разрешился после очередного сеанса УЗИ, на котором выяснилось:

«Так, совершенно точно у вас один мальчик… — дальше я уже не хотела слушать. — А вторая… второй — тоже мальчик, без вариантов! У вас два мальчика». У нас с мужем был шок! Чуть отойдя от него, решили, что с именами мудрить не станем: пусть будет и Федот, и Федор. Когда в роддоме мужу вынесли детей, он, глядя на один кулек, сразу сказал: «О, это же мой Федотик, я тебя узнал, сынок!» Дело в том, что ­Федот первым показал нам личико на 3D-УЗИ, а Федька долго уворачивался.

Близнецы абсолютно разные — как огонь и вода. И совершенно точно каждый ребенок рождается со своим характером и темпераментом. Смысл воспитания заключается в том, чтобы, наблюдая за детьми, направить все это в нужное русло. Сыновьям по пять лет, но с характером каждого давно все ясно.

Федот любит быть в центре внимания, прекрасно танцует, стихи читает и всегда хочет быть первым. А Федор спокойный, избегает суеты, умеет читать, считать и даже писать. Когда наш активный Федот видит в помещении осу или жука, тут же начинает гоняться, чтобы поймать и прихлопнуть насекомое, а у Федора драма: зачем убили букашку? До такой степени они разные. При этом дружат — не разлей вода, друг за друга горой!

— Близнецы появились у вас спустя 16 лет после начала семейной жизни. Часто приходилось слышать: «А почему не заводите детей?»

— Меня они не задевали, так как до 33 лет я сама не хотела рожать. Я занималась карьерой, и детей мы с мужем планировали, но не прямо сейчас. Потом я очень захотела ребенка, но родила в итоге в 37 лет. Хорошо помню момент, когда загорелась желанием стать мамой. Это произошло в Испании, во время очередного летнего отпуска.

Мы с мужем несколько лет подряд ездили отдыхать в эту страну, и я каждый раз обращала внимание на большие шумные семьи, которые вместе проводят время на пляже, ходят в рестораны с сопящими в колясках младенцами, — все делают вместе.

Это бабушки и дедушки, активно участвующие в жизни внуков, а не просто выполняющие функции нянек по необходимости. Я вдруг увидела, что с появлением ребенка жизнь пары не застывает на месте! Люди продолжают активно работать и отдыхать, ребенок органично вписывается в их жизнь. И вот эти наблюдения за счастливыми родителями привели к тому, что я тоже захотела детей.

Ждать их появления пришлось четыре года. Мне-то казалось, что все получится прямо завтра, как только я решила.

Ан нет! Поэтому всех своих 30-летних подружек я предупреждаю: если задумываетесь о детях, начинайте работать в этом направлении уже сейчас — не факт, что быстро получится. Это от многих факторов зависит, даже здоровые пары сейчас не всегда сразу могут родить. Порой нужно элементарно запастись терпением.

Беременность, кстати, я переносила хорошо — вспоминаю этот период с удовольствием. На сроке семь месяцев полетела в любимый Довиль во Францию, так как врач посоветовала купание в море и положительные эмоции.

До этого активно работала. Мы заранее сняли несколько выпусков передачи «Снимите это немедленно!» — на то время, пока я буду отсутствовать. В итоге мой декретный отпуск длился 15 дней — затем я вернулась на телевидение, вся перебинтованная после кесарева сечения.

До родов я не очень представляла, что это за процедура. На самом деле серь­езная полостная операция, после которой можно месяц лежать пластом. А я через две недели вернулась на работу, чтобы никого не подвести.

Конечно, чувствовалась слабость и еще непривычная усталость от кормления двоих детей. Но это частности. Все равно лучше, чем во время беременности, я себя за всю жизнь не чувствовала! У меня не было токсикоза. Только под конец пару недель провела в реанимации. Там я 22 часа в сутки не расставалась с капельницей. С ней ела, спала и фактически ходила в душ, потому что, как только ее вынимали, автоматически ­зашкаливало давление. Но в остальном все было прекрасно, и я в срок родила своих мальчишек весом по 3100 г ­каждый.

— Появление сразу двоих детей в семье наверняка определенный стресс и испытание пары на прочность. Как муж прошел этот тест?

— Сергей неизменно трогательно относится ко мне на протяжении 21 года, что мы женаты. А во время беременности и вовсе от меня не отходил — вплоть до того, что на поздних сроках даже купал: в буквальном смысле ставил в ванную, мыл, а затем вынимал, так как из-за огромного живота я не видела собственных ног. И папа он замечательный!

В первый год он и по ночам к детям вставал, и бутылочку давал (выкормить одновременно двоих хорошо едящих детей грудью невозможно), и укачивал — в общем, делал все, чтобы разделить со мной нагрузку.

— О вашем супруге ничего не известно. Вы держите в секрете, кто он и чем занимается?

— У нас и свадьба была тайной! (Смеется.) У меня не было платья, замуж я выходила в белом костюме с юбкой в стиле Шанель. Не хотелось мне ни караваев с салатом оливье, ни криков «Горько!». Мы расписались втихаря, отметили это событие вдвоем в ресторане и рассказали всем лишь через полгода. Мама, конечно, догадывалась и раньше, а все остальные удивились, но смирились.

Я в принципе начала говорить про свою семью лишь после того, как по­явились дети, и то до сих пор не показываю их ни на страницах журналов, ни в соцсетях. И про мужа не люблю говорить. Отношусь к тем людям, которые не впускают посторонних в свою личную жизнь. А то знаете, как бывает, сначала тебе показывают фотографии улыбающейся семьи, а потом — раз! — и развод с ворохом грязного белья. И ради чего все?

Сегодня люди пролистали журнал с интересом, а завтра он лежит в стопке в туалете. Любопытство к жизни известных людей сиюминутно — по большому счету всех занимают только собственные проблемы. Я вот аккаунт в «Инстаграме» завела около года назад, потому что вроде как неприлично не иметь его.

— И там нет, кажется, ни одной фотографии без улыбки. У вас всегда все исключительно хорошо?

— Нет, но улыбаться — это мой принцип. Я не хочу грузить людей своими проблемами и с серьезным видом рассуждать о смысле жизни. Да, я живой человек, и у меня тоже бывают сложности и плохое настроение, но зачем это выставлять напоказ? Люди хотят видеть, что у меня все хорошо. Может, для кого-то это служит своего рода подпиткой, ободрением — почему нет? Я, опять же, не выкладываю фото детей и мужа, хотя мне и говорят, что это нужно делать ради увеличения количества подписчиков. А я все равно не буду, так как не гонюсь за числом. Публикую фотографии, лишь когда у меня хорошее, задорное настроение и хочется им поделиться.

И эта моя улыбка и позитив провоцируют такую же обратную реакцию. Мне не пишут негативных комментариев. Хотя я сама знаю, что вызываю полярную реакцию: меня или любят, или ненавидят. Но даже во втором случае за 12 лет, что существует программа «Снимите это немедленно!», никто и никогда открытую агрессию в мой адрес не проявлял.

Помню, как этот проект появился в моей жизни. Я пришла в последний день кастинга — соведущую для Шуры Вертинской на тот момент искали уже полгода. Думали, если не найдут, то программу в принципе не запустят. А я с температурой под тридцать девять, без голоса и одуревшая от всего вокруг. Шла, чтобы поставить галочку, — мол, попробовала. Все происходило в каком-то темном помещении, где меня накрасили и сунули мне в руки длинный текст. Шура стояла уставшая, и лицо ее оптимизма не излучало. В общем, вся затея казалась мне странной. А в итоге на следующий день мне позвонили и сказали, что я им подхожу.

Страха камеры у меня не было, но помню свои первые ощущения от работы в кадре. Внутри бурлили эмоции, просто зашкаливали, но затем смотрю эфир и вижу на экране спокойную девочку, которая задает героиням злобные вопросики. А мне казалось, все видят, как дрожат мои ручки-ножки. Потом поняла, как нужно правильно управлять эмоциями в кадре, где стоит поддавать, а где сглаживать. Наша программа не только долгожитель на ТВ, но и родоначальник подобных шоу по преображению женщин. Например, «Модный приговор» появился лишь через несколько лет — благодаря человеку, работавшему в команде с нами.

После того как мы отсняли программу, связь с героинями не поддерживаем, но, по статистике, шесть женщин из десяти продолжают за собой ухаживать и придерживаться наших советов. Важно другое. Для всех героинь участие в нашей программе — это серьезная встряска. Для того чтобы изменить жизнь, нужно сделать хотя бы первый шаг.

И смена имиджа — это, пожалуй, самое простое, что можно придумать, чтобы перезапустить себя и пойти дальше. У меня самой перемены последовали одна за другой, когда я сначала стала рыжей, а затем сменила родное имя Наташа Фролова на псевдоним Таша Строгая.

Мой цвет волос — русый. Но я себя не чувствовала ни блондинкой, ни брюнеткой. Понятно, что все эти разделения смешны и условны, тем не менее я всегда понимала, что по типу поведения­ совсем другая. Три года созревала для того, чтобы стать ярко-рыжей. Когда покрасилась и посмотрела на себя в зеркало, испытала шок. Мне казалось, что на меня будет смотреть весь город, все будут тыкать пальцем. (Смеется.) Прошел день, второй… И оказалось, что никто на меня не пялится. Это Москва, детка, здесь всем друг на друга наплевать, хоть зеленой ходи!

Но маленькая перемена во внешности повлекла за собой большие: я взяла псевдоним, прошла кастинг в «Снимите это немедленно!», запустила линию одежды. Десять лет занималась выпуском собственных коллекций: дважды в год для московской Недели моды плюс показы. Последние работы демонстрировала, когда забеременела, а дальше как отрезало, вдруг стало неинтересно. Невозможно шить и продавать платья, если ты этим не горишь.

— Вас не коробит от количества людей, называющих себя дизайнерами и не умеющих при этом ни шить, ни рисовать?

— Коробит. Я в жизни трех вещей не переношу: вранья, хамства и непрофессионализма. Мастер может выпустить коллекцию сегодня лучше, завтра хуже — это нормально, главное — он четко понимает, что и как он делает.

А когда появляется медийное лицо, которое вдруг решает всех пере­одеть и начинает шить платья, фасон которых давным-давно придуман кем-то другим… Понимаешь, что для человека это развлечение, а не труд. Ну, если эти платья покупают, то и замечательно, значит, есть спрос. Вопрос в том, сколько эти «дизайнеры» продержатся, как долго будут выпускать платьица для принцесс.

Я еще в шестом классе определилась с тем, что буду художником. У меня мама очень хотела стать актрисой. Но бабушка не разрешила пойти ей в эту профессию, а маме не хватило решимости настоять на своем. В итоге она стала бухгалтером и всю жизнь жалела об этом. Мама так боялась, чтобы со мной не произошло нечто подобное, что всячески поощряла мои инициативы.

Я ходила в самые разные кружки и секции. Когда я начала учиться в художественной школе, меня увлек факультатив по театральному и историческому костюму. Затем было Театрально-художественное училище, где нам всем дали серьезную базу. Например, могло быть такое задание: из мешковины за ночь сделать царскую парчу.

Мы учились фактурить ткани, расписывать их, то есть проделывать самые разные манипуляции. Практику я проходила в «Ленкоме». В качестве дипломной работы я выбрала спектакль «Чайка» — придумала костюмы для всех персонажей пьесы.

Сейчас преподаю в Институте телевидения и радиовещания «Останкино», где у меня авторский курс для имидж­мейкеров и стилистов, плюс читаю лекции для самой широкой аудитории на тему моды, шопинга, истории костюма. Мне это интересно, и я обладаю знаниями на эту тему, ведь три часа вас просто так никто слушать не будет.

Нужно увлечь людей, дать им максимум полезной информации.

— Вы еще ведете мастер-классы для женщин на тему того, как есть и худеть. Неужели у вас были проблемы с лишним весом?

— После родов я поправилась на 19 кг! Потом сбросила их, затем 10 кг вернулись, пока кормила. А вот когда уже появилось время заняться собой, я ушла в минус и стала весить на 8 кг меньше, чем до беременности. И это, скажу вам, была работа над собой — просто так лишние килограммы не уходят.

Смысл — в раздельном питании. Я, например, не могу и не буду голодать, в день должна поесть пять-шесть раз. И обязательно вкусно! Давиться сухой куриной грудкой и овощным листом не по мне. Конечно, когда люди приходят на мои лекции, я преду­преждаю: не нужно думать, что можно есть шоколадные торты, запивать их красным вином и худеть. Безусловно, есть список продуктов, которые первое время под запретом. Зато сразу дается перечень того, что можно и нужно есть, главное — знать, когда это делать, в каком количестве и с чем лучше сочетать.

— Когда смотришь «Снимите это немедленно!», часто слышишь от вас фразу: «Все любят красивых и уверенных в себе женщин». Вы всегда себе нравились?

— С точки зрения женской привлекательности я принимаю себя любую. И когда на 5 кг поправляюсь, и когда сутулюсь, и если прыщ на лбу вскочит. Я такая, какая есть, — со всеми своими достоинствами и недостатками.

Бессмысленно мечтать стать миниатюрной брюнеткой: все равно этого никогда не будет. В принципе у меня никогда не было комплексов, связанных с внешностью. Мы как-то разговаривали на эту тему с Наташей (Стефаненко, соведущая Таши Строгой. — Прим. «ТН»). Она, например, стеснялась своего роста — ее в школе из-за этого обзывали. У меня такого не было, хотя я тоже высокая — 180 см.

Я и возраст свой принимаю, и морщинки, которые уже появляются. Всегда повторяю: можно сделать все что угодно с лицом и телом, но куда деть взгляд 40-летней женщины?! Невозможно в 40 лет смотреть как 20-летняя девочка. Смешно, когда женщины в 50 пытаются выглядеть на 25-30 и наивно убеждают себя в том, что у них это получается. Наверное, за этим скрывается комплекс, что ты интересна, только пока молода. Для меня это странно. Мне уже никогда не будет 30, и слава Богу, потому что я люблю свой нынешний возраст и довольна жизнью.

Я по натуре лидер. Если хочешь чего-то добиться, нужно проявлять себя. Главное, чтобы дело не доходило до риска — вот это совершенно не моя история! Я консерватор до мозга костей. Помню, как-то на съемках «Снимите это немедленно!» креативный продюсер предложила: «Надо сесть на лошадь в кадре — это будет очень хорошо для картинки». Я пришла в ужас от одной мысли: «Я мать двоих детей, об этом не может быть и речи».

Во-первых, я действительно не могу так рисковать, а во-вторых, боюсь этих животных с детства. В пять лет, оказавшись на Кремлевской елке во время новогодних каникул, за кулисами покормила лошадку сахаром, за что она меня малость прихватила зубами. Я страшно испугалась и с тех пор боюсь лошадей.

Нет, я сколько угодно готова быть смешной и нелепой в кадре, но только не оказываться в ситуации, которую не смогу контролировать.

— В начале разговора вы поделились наблюдениями за шумными испанскими семьями. А как росли вы, каким было ваше окружение?

— Наша семья тоже была большой и дружной. К сожалению, старшие родственники уже не с нами… Летом по воскресеньям все собирались за столом на бабушкиной даче. Завтракать мы садились часов в девять-десять, а заканчивали в час! Но уже в четыре накрывали обед, который, в свою очередь, плавно перетекал в ужин.

В промежутке между завтраком и обедом готовили все то, что будет затем с аппетитом съедено: закуски, пирожки, суп, горячее, десерт. Можно было еще клубнику полоть, но меня эта участь обычно миновала. Правда, грядок было немного — только чтобы хватило варенье сварить, вкус которого я тоже хорошо помню. Сама каждый год теперь варю. В этом году впервые попробовала грушевое.

Мы с мужем живем за городом — переехали, когда появились дети. И это тоже как дань тем дачным традициям и заложенным в меня представлениям о семье. С желанием стать мамой захотелось своего дома, в котором за большим столом будут собираться все родные. Поэтому мы с мужем реконструировали дачу, по сути построили на ее месте новый дом и перебрались за город. У нас зеленый участок, покой, свежий воздух и птички по утрам.

В Москву приезжаю только работать, а потом лечу домой — туда, где меня ждут мои мальчишки и жизнь течет совсем в другом ритме.

Мне кажется, главное в отношениях — понимание того, необходимы вы друг другу или нет. А вот что было бы, не будь этого человека в моей жизни? А не было бы этих воспоминаний, этих событий, радостных и грустных моментов, путешествий вместе, впечатлений и так далее. И ты понимаешь, что такая жизнь, не будь в ней твоего человека, тебя не устраивает. Это и есть любовь.

Источник: tele.ru

Комментарии
Комментарии