Школа взросления

90-е годы теперь стали историей. Ключевые люди, которые тогда ее делали, уже мертвы: Ельцин, Гайдар, Черномырдин, Дудаев, Березовский… Многого мы уже никогда не узнаем. О многом лишь догадываемся. Однако и того, что осталось в памяти, достаточно, чтобы сделать некоторые выводы.

Что такое были эти 90-е? Огромная, большущая «оттепель» или реальный шаг России к свободе, который невозможно до конца отыграть назад? Еще пять лет назад я бы сказал — шаг к свободе. А теперь очевидно, что «оттепель».Путь к свободе оказался не таким простым, как это нам казалось в начале 90-х. Тогда нами руководил наивный экономический детерминизм: нужно построить новые экономические отношения, и они создадут новых людей, которые и будут гарантом необратимости перемен.Почему мы легко согласились, что 90-е были «лихие»? Что это было время упадка, развала, деградации… Ведь это — неправда!Отношения построили, а новых людей не создали. Из культивирования предприимчивости не рождается тяга к свободе. А из чего же она рождается? Как пробудить в людях эту тягу? Как объяснить, что свобода — это естественное состояние человека? Что это — нормально, а наоборот — нет?В решении этой проблемы мы не продвинулись ни на йоту. Да-да: частная собственность, рыночные отношения, акции, банки, поездки на Запад… Но вот главная задача — создание гражданского общества — так и не решена. Есть свобода — пользуемся. Нет — утерли сопли и ушли опять на кухни. Стебаться с кукишем в кармане.В этом отношении 90-е были полезны лишь тем, что ответили на вопрос отрицательно: новые экономические отношения не создают новых людей. Воланд был прав: люди те же…Какая же тогда от них была польза, от 90-х? А такая, что мы повзрослели. Мы увидели мир. Узнали (может быть, пока еще самым поверхностным взглядом), как он сложен. Мы были совершенно не готовы к тому, чтобы интегрироваться в него.