Война и театр: жизнь и смерть на сцене

Театровед Павел Руднев о бытовых образах войны, компенсации религиозного сознания и поствоенной травме в советских пьесах:

"Тема войны в русской, советской пьесе — крайне важная тема, обретающая сегодня какое-то значение. На эту тему написана масса пьес, но хочется поговорить о самых канонических из них, как-то с ними разобраться современным взглядом.Виктор Сергеевич Розов стал драматургом на войне, и он во многом поменял интонацию театра по отношению к войне благодаря своей пьесе «Вечно живые». Его, конечно, обвиняли в мелкотемье. А в чем это мелкотемье заключалось? В том, что война показана через бытовых героев, через маленького героя. Война показана через мир, через выживание человека в тылу, через человека негероического, через человека, мучающегося и страдающего, — человека, попавшего в отчаянное положение. В пьесе «Вечно живые» враг оказывался не снаружи, а враг оказывался внутри тебя. Тебе нужно победить врага внутри себя, и только потом возможно сражение с чем-то более крупным".

"«Вечно живые» — трагедия войны без военных действий. Война — это не только сражения, но и отсутствие мира в душе человека. Это отчаяние, боль, дезориентация, опустошение главной героини Вероники. Тема пьесы — это цена поступка. Тема пьесы — это неправильно скроенная жизнь. Жизнь, пошедшая в неправильном направлении, «судьбы нечестной вариант», который нужно исправить, с которым нужно что-то сделать".

"Интересно, как в советском сюжете и советском атеистическом сознании все равно компенсируется религиозное сознание. Это тема, над которой часто люди задумываются, в особенности сегодня: как советский атеизм искал в других формах, но все равно компенсировал религиозное сознание. Поиск святого, поиск священного. В этом смысле интересно рассуждать над тем, как война — священная, сакральная — обнаруживает в самом себе. Борис, жених Вероники, умирает, погибает в первых сценах «Вечно живых». И конечно, он сам и его подвиг тут же сакрализируется, тут же становится поводом к возникновению трепетного, священного сознания. С этой жертвой, с этим подвигом люди соотносят свою собственную реальность, сверяются с ней как по часам. И воин-мученик оказывается страстотерпцем, советским святым, перед лицом которого невозможно жить неправильно и неправедно".