Существовал ли «флоресский человек»? О беспристрастности науки

В классических детективах часто живописуется такая сцена: публично обвинённый героем-сыщиком подозреваемый запальчиво кричит в ответ «вы никогда это не докажете!». В этот момент всем прочим действующим лицам (а уж читателю — и подавно) становится ясно: да, это и есть убийца. Докажут там или не докажут, но убил точно он.

С убийц, тем более литературных, взятки гладки — они в эту игру не на спортивный интерес играют, им в случае неудачи светит виселица, тут уж не до невозмутимости. Казалось бы, учёные должны относиться к проигрышам спокойнее — вроде бы их интересует только чистая и беспристрастная истина, а если та или иная симпатичная теория чем дальше, тем очевидней с ней не стыкуется, то надо бы с ней спокойно попрощаться. Но учёные — тоже люди. И тоже не любят проигрывать.

4 августа 2014 года очень уважаемый журнал Proceedings of the National Academy of Sciences (PNAS) опубликовал две статьи. Каждая подписана четырьмя именами, из коих три — одни и те же в обеих статьях. Самое известное и «говорящее» из них — маститый южноафриканский антрополог Мацей Хенненберг. Обе статьи посвящены одной теме: пресловутые флоресские «хоббиты» (Homo floresiensis, карликовый островной вид людей, обитавший на индонезийском острове Флорес в совсем недавние времена) — вовсе никакой не вид и не одно из крупнейших открытий палеоантропологии XXI века, а ошибка исследователей, принявших за новый вид останки современного человека, страдавшего какой-то патологией развития.

Собственно, ничего особо нового в этом нет: эту песню Хенненберг и его постепенно редеющие единомышленники поют все те десять лет, что человечество знает о «хоббитах». В статьях отсутствуют результаты каких-либо новых исследований флоресских находок или иных материалов — кроме разве что перерасчета объёма мозга «хоббита», сделанного на основании «измерения окружности черепа» и давшего цифру 430 куб. см. Что ж, авторов можно поздравить с отличным глазомером.

Комментарии
Комментарии