Чечня и Ингушетия: нетуристический маршрут

Первое правило поездки на Кавказ для женщины: купи юбку. Знаем, в Москве это трудно: юбка нужна не узкая, а походная: длинная и широкая. И темная (только такая заменит джинсы, только в ней удобно карабкаться в автобусы, перелезать через заборы, ходить по лесу и уходить от погони).

Нет, никто не обидит вас без юбки: вы просто будете слишком заметны.

И пожалеете об этом. Женщина, которая идет на Кавказе одна, без сопровождения, это уже повод для знакомства, а если она еще и в штанах… Словом, слушайте бывалых путешественников. — Нясаре, — читает таксист древнее название города Назрань. И силится перевести: — Материнское место…

— Ясно, Отечество, — на лету ловим мы. Интересно, что имя города звучит, как «Назарет», и в этом видится какой-то потаенный смысл… Как много дивных совпадений встречаешь в странствиях по Земле.

А символ Ингушетии, ее знак, изображенный в том числе на флаге — солнцеворот, солнце с тремя лучами. Он здесь повсюду.

В нашей гостинице в Назрани живут беженцы. Девяносто человек с Украины, из них десять детей. Республика бесплатно кормит их в столовой, а местные бизнесмены приходят на ресепшн и оставляют предложения о работе в специальной тетради. Мы полистали ее: «Приглашаются няни и сиделки… мойщицы окон…» В республике, где безработица составляет чудовищные 80 процентов, это действительно благотворительность.

— С августа мы тут, — говорит нам жительница города Красный Луч Луганской области Анна Гнып. — Хоть бы быстрее все это закончилось. Это в Красном Луче украинские ВСУ взорвали мост, по которому жители ЛНР проходили на территорию Украины на огороды и за пенсиями. — У нас двадцать лет не могло закончиться, — откликается чеченка, услышав наш разговор. Чеченцы лучше всех понимают нынешних украинцев. А ингуши, соответственно, русских: во время чеченской кампании Ингушетия приняла беженцев больше, чем в ней самой жило людей. В Ингушетии обязательно нужно посетить Магас: новую столицу, заложенную президентом Аушевым в 90-х.