«Даже плохие книги священны»: Гюнтер Грасс о себе, Германии и мире

«Даже плохие книги священны»: Гюнтер Грасс о себе, Германии и мире

Сегодня на 88-м году жизни скончался Гюнтер Грасс, лауреат Нобелевской премии и самый влиятельный послевоенный немецкий писатель. «Воздух» собрал его высказывания разных лет.

«Будучи ребенком, я был большим вруном. К счастью, моя мать любила мое вранье. Я обещал ей необыкновенные вещи».«Каждый родился в свое время и жил в свое время, я никому не желаю, чтобы любой человек попал в эту ситуацию, когда у тебя нет альтернативы».«Меня всегда поражал лес. Он побуждает во мне мысли о том, что фантазия природы намного богаче моей. И что мне все еще есть чему поучиться».«Ни один человек не может быть совестью страны — это глупо».«Книги могут стать причиной преступления, разбудить ярость, даже ненависть, как и то, что предпринято из любви к стране, может разорить чье-то частное гнездо. С тех пор как я это понял] я полюбил полемику».«Я не верю в то, что написано ночью, потому что это получается слишком легко. Когда я перечитываю с утра, мне уже не нравится. Мне нужен дневной свет, чтобы начать писать. Между 9 и 10 я долго завтракаю, читаю и слушаю музыку».«Искусство непреклонно, а жизнь полна компромиссов».«Мне не нравятся люди, которые хотят для пользы человечества распрямить банан».«Родину можно понять, только потеряв ее».«Главное дело гражданина — держать рот открытым». «Подобно тому, как Нобелевская премия, если отвлечься от всякой ее торжественности, покоится на открытии динамита, который, как и другие порождения человеческого мозга — будь то расщепление атома или также удостоенная премии расшифровка генов, — принес миру радости и горести, так и литература несет в себе взрывчатую силу, даже если вызванные ею взрывы становятся событием не сразу, а, так сказать, под лупой времени и изменяют мир, воспринимаясь и как благодеяние, и как повод для причитаний, — и все во имя рода человеческого». (Речь на вручении Нобелевской премии по литературе 9 декабря 1999 года.)«У немцев, проигравших войну, появился шанс — принудительный — подумать о прошлом. У победителей такого шанса не было. Возможно, со временем Англия задумается о преступлениях колониальных времен… Ни у одной страны нет права указывать только на немцев. Всем нужно опрожнять их собственную уборную».