Приключения канадца в России. Часть вторая

*Гвейну Гамильтону 35 лет, по профессии он — преподаватель английского языка. В Монреале у него маленькая школа, где он учит английскому выходцев из бывшего СССР. Гвейн стал учителем, чтобы осуществить мечту — съездить в Россию. Эта его мечта исполнилась — он жил в Москве целых шесть лет: с 2001 по 2007 год. Теперь он мечтает вернуться в Россию снова. Свои впечатления о России Гвейн описал в книге «Моя жизнь с русскими. Или Свой среди чужих», фрагменты которой мы публикуем на «Моей Планете». *

Аллюзии — это гуд, но ай-яй-яй!Самое сложное в изучении другого языка, такого как русский, например, — аллюзии. Не скажу, что нравятся падежи, и окончания, и уменьшительно-ласкательные, и невозможное произношение, — нет, это тоже тяжелые случаи. Но труднее все-таки именно с аллюзиями. Потому что получается, ты не только сухое книжное знание хлебаешь, а динамичное, живое явление жизни.Конечно, изучающим русский предстоит испытать немало трудностей. С первого дня ударяют по кумполу падежи. Получается, не только одно слово надо выучить, а одно слово со всеми его возможностями. Приведу примерчик.Ну, скажем, слово «хорошо». «Хорошо» — это «гуд». То есть «хорошо». Но «хороший» есть опять-таки «гуд», или «хорошая» — «гуд», или «хорошее» — «гуд». Сразу же в первый день университета четыре слова и одно значение. И это не говоря еще о «хороших», или там «хорошим», или еще, небось, «хорошими»! Унывает дух в первый же день, и не понимается сразу, как быть, и думается, что была совершена ошибка и что надо было все-таки на арабский язык записаться. Это мне в голову и пришло. Одному моему товарищу пришло в голову, что легче будет с китайцами, и он перешел на факультет азиатских языков. Потом он мне сказал что не было легче, но было уже поздно. Он доучился до конца, и теперь работает в Пекине на правительство. А вот я с русским остался, но на правительство не довелось пока. Но это все как бы между прочим, а что касается вариантов слов, то, как говорится, ай-яй-яй.

Комментарии
Комментарии