Семь русских писателей, которые стояли за прилавком

Удивительно, но классическая русская литература так и не создала положительного образа русского предпринимателя. На страницах отечественных книг не найти холодных и расчетливых дельцов в стиле героев Теодора Драйзера.

Виссарион Белинский писал: «Торгаш – существо, цель жизни которого – нажива, поставить пределы этой наживы невозможно. Она – что морская волна: не удовлетворяет жажды, а только сильнее раздражает ее. Торгаш не может иметь интересов, не относящихся к его карману». Пожалуй, единственным персонажем, снискавшим симпатию читателей, стал изворотливый и веселый мошенник Остап Бендер. Но известным российским писателям, пусть иногда и в совсем юном возрасте, приходилось вставать за прилавок.

*Владислав Ходасевич *Отцу будущего поэта принадлежал магазин фотографических принадлежностей, так что естественную предприимчивость Ходасевича можно считать семейной чертой. Свою детскую «бизнес-модель» Владислав Фелицианович описал в мемуарах: «Мне было лет шесть, мы жили на даче в Богородском, возле Сокольников. Там свел я дружбу с Алешей и Колей Щенковыми, детьми С.В. Щенкова, гласного московской городской думы. Отличные были мальчики, настоящие краснокожие, национально мыслящие могикане. Им подарили лоток с весами и гирьками. На лоток положили мы лопухов, изображавших капусту, какой-то пушистой травки, олицетворявшей укроп, еще чего-то – и превратились в разносчиков. Кухарки, няньки и матери должны были разыгрывать покупательниц. Часа через два мы им совершенно осточертели. Тогда я (именно я, на этом настаиваю!) придумал дело более прочное и занятное. В складчину образовали мы оборотный капитал примерно копеек в сорок. Купили на пятачок подсолнухов, плитку шоколада за пятачок, десяток папирос за шесть копеек, несколько карамелек – и открыли торговлю в парке, на широкой аллее, ведущей к танцульке. Мы продавали каждую папиросу за три копейки, каждую карамельку за пятачок, одну треть шоколадной плитки за пятачок же – и так далее. День был воскресный. Гуляющая публика так и теснилась вокруг нас – приходилось то и дело бегать в лавочку за новым товаром. Словом, у нас было уже рублей семь денег к тому горестному моменту, когда стоустая молва о нашей фирме дошла до слуха родителей.

Комментарии
Комментарии