Помирать, так с музыкой

Меня воспитывали на классической музыке, с детства я играла на разных инструментах и потому знаю, что ребенок-музыкант с шести лет подвержен куда большему стрессу, чем его сверстники. В поп-музыке происходит то же самое: только представьте, какое давление общество и индустрия оказывают на Джастина Бибера. Однако, вращаясь в среде классических музыкантов, я никогда не замечала за ними пристрастия к наркотикам или суицидальных наклонностей, в отличие от музыкантов популярных жанров. Мне стало интересно, действительно ли это настолько опасная профессия, какой кажется со стороны, — и я решила провести исследование.

Временные границы моей базы — с 1950-го по декабрь 2014 года. В послевоенные годы с развитием телекоммуникаций профессия поп-музыканта наконец получила мировое распространение: музыканты стали больше путешествовать, записывать больше альбомов, на них стали чаще обращать внимание журналисты, так что и объем критики увеличился. Если до 1950-х можно было говорить о таких явлениях в англоязычной культуре, как «музыка Теннесси» или «техасская музыка», то после начинает формироваться огромная индустрия под общим названием «поп-музыка». В итоге мое исследование включает данные о смертях 13 225 человек со всего мира, большую часть составляют музыканты из США, Великобритании и других англоязычных стран: все-таки музыкальная индустрия росла и развивалась именно здесь. Мужчин на порядок больше, чем женщин. Самый популярный возраст смерти музыкантов — 56 лет. И это весьма тревожно: средняя продолжительность жизни в США почти на двадцать лет больше. Зато пресловутого «клуба 27» не существует, вернее, мы имеем все основания провозгласить еще с десяток подобных объединений. Умерших в 26, 28 или 33 года оказалось не меньше — просто как минимум шесть человек из «клуба 27» были звездами мирового уровня. Так что, если вы рок-звезда, не бойтесь: по статистике вы вряд ли умрете в 27, как Курт Кобейн или Джим Моррисон.

Комментарии
Комментарии