Ложа, в которой я живу

Дэвид Кроненберг признается в любви к теориям заговора и объясняет, почему люди хотят верить в рептилоидов, козни иллюминатов и самолет с мертвецами над Донбассом.
Ложа, в которой я живу

В конце 1960-х, когда я оканчивал Университет Торонто, конспирология окружала нас всюду. Некоторые наши профессора — мы знали наверняка — сотрудничали с ЦРУ и были приставлены следить за распространением левацких идей и за поведением политических беженцев из США, отказавшихся от службы в армии из-за войны во Вьетнаме. Время от времени в Канаде задерживали и агентов КГБ, некоторые из них переходили на сторону Запада. Так что мое формирование как художника и автора прошло в атмосфере шпиономании, арестов и подозрительности.

В XXI веке люди по-прежнему верят в теории заговора. Но эта вера не столько следствие невежества, сколько фундаментальная потребность человека — вроде религии. Как бы далеко ни продвинулась наука, люди все так же верят в Бога, и сколько бы журналисты ни провели расследований, у теорий заговора не убавится поклонников. В основе самых популярных теорий всегда лежит старинный миф о том, что могущественная группа людей контролирует мир и управляет им. Орден иллюминатов, всемирное сионистское правительство, инопланетяне или Господь Бог — разница лишь в деталях. Желание верить первично, а факты можно подобрать. Или попросту выдумать, если иные подтверждения не находятся.

Комментарии
Комментарии