«Определенные фамилии»

12 июля 1952 года был вынесен приговор по делу Еврейского антифашистского комитета. 12 августа все осужденные, кроме профессора-физиолога Лины Штерн, — 13 человек, — были расстреляны.
«Определенные фамилии»

Ликвидация ЕАК, созданного в 1941 году по личной инициативе Сталина для налаживания связей с международными еврейскими организациями, началась с убийства Соломона Михоэлса 12 января 1948 года. Позже арестовали почти всех руководителей комитета, их обвинили в организации националистического подполья, шпионаже в пользу Америки и попытке создания еврейской республики в Крыму. Хотя обвинения предъявлялись в основном политические, это дело занимает важное место в истории советских литературных преследований. В числе тринадцати казненных были пятеро поэтов и писателей: Перец Маркиш, Лев (Лейба) Квитко, Давид Гофштейн, Давид Бергельсон и Исаак Фефер. Умер в тюрьме, не дожив до суда, литературовед Исаак Нусинов. К моменту арестов все они были довольно успешны, однако ни членство в Союзе писателей, ни наличие правительственных наград, ни сотрудничество с органами госбезопасности (в случае Фефера) не спасли их от пыток и расстрела.

Из приговора по делу Еврейского антифашистского комитета
12 июля 1952 года

Вскоре после организации ЕАК руководители его под прикрытием возложенных на Комитет задач стали развертывать националистическую деятельность и связались с националистическими организациями Америки, начали направлять в эти организации информации об экономике СССР, а также клеветническую информацию о положении евреев в СССР <…>. Руководители ЕАК в своих публичных устных выступлениях, в статьях газеты Эйникайт и других литературных произведениях пропагандировали национальную ограниченность и обособленность евреев, лживый тезис об исключительности еврейского народа как народа, проявившего якобы исключительный героизм в борьбе с фашизмом и имеющего якобы исключительные заслуги в труде и науке. <…> Все эти преступные антисоветские действия руководителей ЕАК свидетельствуют о том, что ЕАК превратился в шпионский и националистический центр. <…> Военная коллегия Верховного суда СССР <…> приговорила: Лозовского Соломона Абрамовича, Фефера Исаака Соломоновича, Бергельсона Давида Рафаиловича, Юзефовича Иосифа Сигизмундовича, Шимелиовича Бориса Абрамовича, Маркиша Переца Давидовича, Зускина Вениамина Львовича, Квитко Лейба Моисеевича, Гофштейна Давида Наумовича, Теумин Эмилию Исааковну, Ватенберга Илью Семеновича, Тальми Леона Яковлевича и Ватенберг-Островскую Чайку Семеновну по совокупности совершенных ими преступлений <…> подвергнуть высшей мере наказания — расстрелу, с конфискацией у них всего имущества.

Из допроса Льва Квитко на заседании Военной коллегии Верховного суда СССР
15-22 мая 1952 года

<…> считая еврейскую литературу идейно здоровой, советской, мы, еврейские писатели, и я в том числе (может быть, я больше их виноват), в то же время не ставили вопроса о способствовании процессу ассимиляции. Я говорю об ассимиляции еврейской массы. Продолжая писать по-еврейски, мы невольно стали тормозом для процесса ассимиляции. <…> Будучи руководителем еврейской секции Союза советских писателей, я не ставил вопрос о закрытии секции. Это моя вина.

Комментарии
Комментарии