«Не плачь по мне, Аргентина»: Эвита Перон

26 июля 1952 года Аргентина замерла. Духовный лидер нации, первая леди страны Эва Перон ушла в бессмертие.
«Не плачь по мне, Аргентина»: Эвита Перон

26 июля 1952 года Аргентина замерла. Все радиопередачи и спектакли были прерваны, во всех кафе воцарилась тишина. «Духовный лидер нации, первая леди Аргентины Эва Перон ушла в бессмертие», — объявил стране захлебывающийся слезами диктор, и вслед за ним разрыдалась вся страна. Аргентина оплакивала не просто женщину — она оплакивала свое счастливое будущее, которое теперь не наступит; она оплакивала счастье, которого теперь не будет, и надежду, которую отныне некому будет дать. И все это — счастье и надежда нации, будущее всей страны, все это воплощалось в хрупкой женщине, чье имя с благоговением произносили по всей Аргентине: Эвита, Эва Перон, Возглавляющая Смиренных, Несущая Надежду, Мать Нации.

Сегодня мы вспоминаем, как прощались с Эвой Перон и какую память хранит Аргентина о своей первой леди.

Коротко о главном

Ее собственная история началась 7 мая 1919 года в небольшой скотоводческой деревушке Лос-Толдос, что в 300 километрах от Буэнос-Айреса. Эва-Мария была пятым ребенком Хуаны Ибаргурен — и как ее три сестры и брат, да и сама мать, незаконнорожденной. Отец всех детей сеньоры Ибаргурен, Хуан Дуарте, владелец небольшой фермы, был уже двадцать лет женат на другой, имел в законом браке трех дочерей и за девять лет житья «на две семьи» весьма устал и от Хуаны, и от обилия детей. Младшую дочь, Эву-Марию, он так и не признал.

Когда ей было пятнадцать лет, она — уговорив наконец мать отпустить ее, — уехала в столицу вместе с заезжей знаменитостью, певцом Магальди. Говорят, Эва не любила его, — но она без сомнения любила в нем те возможности, которые сулил ей переезд в Буэнос-Айрес.

Знавшие Эву в то время вспоминают ее как бледную, холодную, неяркую девушку, без обаяния и особой красоты, но с очень сильным характером, целеустремленную, хваткую и несгибаемую. Через несколько лет, когда Эва Перон обрела власть даже над прошлым, она всеми силами старалась стереть свое прошлое — и ей это почти удалось: о ее первых годах в Буэнос-Айресе осталось очень мало свидетельств, а легенды и слухи слишком противоречивы, чтобы оказаться правдой хотя бы частично.

Комментарии
Комментарии