Протестное меньшинство: кто такие либералы

Философ Кирилл Мартынов о базовых идеях либерализма, понятии человеческой свободы и социальном расслоении.
Протестное меньшинство: кто такие либералы

Политическая традиция либерализма, либерализм как идеология, как политическая философия исходит из очень простой базовой идеи — человек принадлежит самому себе. Вот та аксиома, с которой мы работаем.

Что значит «человек принадлежит самому себе»? Это значит, что никто другой, никакие внешние инстанции, внешние силы не могут распоряжаться человеком по своему произволу и своему усмотрению. Ни семья, ни церковь, ни государство, ни профсоюз, ни ремесленный цех, ни какие-то идеологические или религиозные силы в широком смысле слова над нами никакой реальной власти иметь не должны — я сам себе хозяин. Если подумать, то в современном мире, несмотря на очень расплывчатый смысл понятия либерализма и на его многочисленных критиков, мы все просто как обычные люди, когда мы себя ведем в быту, мы все хотим быть либералами, и мы все считаем, что быть либералами — это совершенно нормально. Потому что, скажем, если мы идем в супермаркет, то мы, конечно, не хотим, чтобы была какая-то внешняя давящая на нас сила, которая заставляет нас покупать те или иные продукты или ту или иную одежду и так далее, вообще как-то распоряжаться нашими ресурсами. В экономическом смысле слова мы все хотим быть самостоятельными индивидами, принадлежащими самим себе.

Все, что делает либеральная традиция, — это предлагает быть последовательными и распространить этот принцип не только на экономику, но и на политику. И здесь можно привести несколько очень жестких и ярких примеров того, как это работает. Например, стандартное отношение либералов к смертной казни резко отрицательное. Почему? Потому что жизнь человека не принадлежит государству: не государство произвело человека на свет, не государство владеет человеком, и казнить человека государство тоже не может. То есть одно дело — лишить свободы какого-то жестокого преступника, потому что он общественно опасен, и совершенно другое — заявлять, что кто-то, какие-то судьи, палачи, даже суд присяжных, кто угодно может распоряжаться человеком по своему усмотрению и отнимать у него его естественное право, в данном случае право на жизнь.

Комментарии
Комментарии