Мария Шостакович: «Мое уважение к деду безгранично!»

Внучка великого композитора, обожающая андеграундные группы и электронную музыку, стала дипломированным звукорежиссером и собирается записывать современных российских исполнителей.
Мария Шостакович: «Мое уважение к деду безгранично!»

Мое уважение к деду безгранично. Несмотря на то что я по понятным причинам никогда Дмитрия Дмитриевича не видела, воспринимаю его как члена семьи, как близкого человека, а не как выученную на уроке музлитературы главу из истории музыки XX века. Повезло в этом смысле моему старшему брату Мите, сыну отца от первого брака: до десятилетнего возраста он имел возможность общаться с дедом. Я Дмитрия Дмитриевича не изучаю, я его знаю и чувствую в себе. У меня есть папка с набранными кем-то на печатной машинке его письмами к друзьям, литературоведу Исааку Гликману и музыковеду Ивану Соллертинскому, — они объясняют, каким был Шостакович. Ведь люди не существуют без юмора, без разочарований, без едких замечаний в чей-то адрес, и все это есть в его письмах. Читая их, я еще больше понимаю, откуда во всех членах нашей семьи и эта дерзость, и этот сарказм, и это отстаивание своих принципов и взглядов. У деда была установка: ни при каких обстоятельствах не вступать в партию. Но в 1960 году его заставили это сделать, и в одном из писем описывается, как он потом пришел к другу, сел на кровать и просто рыдал, понимая, что капкан захлопнулся. Его всю жизнь ломали, ему надо было думать о том, как прокормить огромную семью, на его иждивении были не только собственные дети, но и дети его сестры, а также репрессированных друзей. Однако композиторы, тем более такого уровня, как Шостакович, сколько бы у них ни было детей, что бы ни происходило вокруг, понимают, что главное для них — служение музыке, ради которого можно пойти на любые жертвы. Эти материалы прямо из-под руки моего великого деда—один из важнейших уроков школы жизни для меня.

Комментарии
Комментарии