Рвы нашей памяти

В память о жертвах репрессий на Бутовском полигоне заложен новый мемориал «Сад памяти». Завершить работы планируют через два года, к 80-летию первых массовых расстрелов на секретном объекте НКВД.

Вдоль солнечных дорожек — ряды яблонь, ветер сонно качает кусты с ярко-красными ягодами, на аккуратном газоне изо всех сил трещат кузнечики. Что находишься на расстрельном полигоне, понимаешь не сразу. Надо приглядеться — тогда за деревьями становится видна неровная линия досок со списками имен и фамилий, за кустами — высокий крест. И зеленые холмы. Которые на самом деле накрывают рвы, где лежат тела. На сегодняшний день здесь обнаружены останки 20 761 человека.

— Страшное место,— говорит Михаил Федотов, председатель Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека.— Страшное время. На самом деле ведь на карте Подмосковья можно начертить многоугольник из бывших расстрельных полигонов. Кроме Коммунарки и Бутовского есть еще Сухановская особорежимная тюрьма на территории монастыря Свято-Екатерининская пустынь, есть и похожие места в самой столице. Например, бывшее здание Военной коллегии Верховного суда СССР на Никольской. Там расстреливали прямо в подвале. А еще внутренняя тюрьма на Лубянке.

В день закладки мемориала прихожане кладут цветы к памятным крестам, зажигают лампадки у досок с именами погибших здесь священнослужителей, подставляют руки под массивный крест изо льда, который стремительно тает под знойным солнцем.

— Да ведь он тоже плачет! — подмечает кто-то...

В 1992-м, когда Бутовский полигон только-только вышел из ведения КГБ и открылся для посетителей, он выглядел как глухая лесная чаща.

— Здесь все заросло борщевиком и кустарником,— рассказывает настоятель храма Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове протоиерей Кирилл Каледа.— Практически невозможно было пройти. Первые дорожки мы в прямом смысле прорубали топорами.

К тому времени бурьяном порос не только сам полигон, но и память о нем: о точном назначении этого места и местоположении братских могил, затерявшихся под густой зеленью, не знал даже прапорщик, долгое время охранявший спецобъект. Разыскали полигон и обнародовали его историю родственники расстрелянных здесь людей, многие из которых были связаны с церковью: около тысячи репрессированных проходили по церковным делам за исповедование православной веры (330 из них теперь причислены к лику святых). Хотя лежат здесь не только священнослужители, подчеркивает отец Кирилл.

Комментарии
Комментарии