Автобиография Терри Гиллиама

Вышедшие в издательстве Corpus «Гиллиамески» пересыпаны рисунками, фотографиями и плакатами из архива режиссера.
Автобиография Терри Гиллиама

Сразу признаюсь — мне всегда не очень нравились фильмы Терри Гиллиама. Они казались какими-то чересчур хаотичными и урывочными, как коллажи (притом что коллажи я люблю). Его автобиография, изданная «Корпусом», напоминает самодельный панк-журнал, только напечатанный на мелованной бумаге. В предисловии Гиллиам признается, что изначально хотел нажиться на издании арт-альбома, но потом передумал и вставил между коллажами и картинками свое жизнеописание. Дух наплевательства чувствуется во всем: шрифты скачут, часть текста вообще написана нечитаемой прописью, абзацы могут быть прилеплены куда-то в угол страницы или вверх ногами. Книгу приходится постоянно крутить, прерывать чтение разбором каракуль — чистое удовольствие для ценителя контркультуры. В общем, я лишний раз утвердился в своем представлении о том, что Гиллиам — талантливый халтурщик, однако впервые смог понять корни такого отношения к нему и по достоинству их оценить.

Как известно, шестой участник «Летающего цирка», которого почти никогда не видно на экране, отвечал за оформление и заставки. Все эти парящие головы, викторианская эротика и фирменная попирающая пята — то, что во многом и составляло уникальность «Монти Пайтона» по сравнению с предыдущими проектами команды, — дело рук единственного американца в коллективе. Как он вообще появился в Лондоне и откуда взялись эти монстры, аэрограф, бардак? Это очень интересная история — и, может быть, не менее интересная, чем сами «Пайтоны».

В Нью-Йорке молодой Терри Гиллиам работал не где-нибудь, а в журнале Help! под руководством крестного отца альтернативных комиксов Харви Курцмана. Понятие «альтернативных комиксов» само, возможно, требует пояснения. В середине 50-х, в самый разгар охоты на ведьм и очередного периода «укрепления духовных скреп», власти США осознали, что совершенно упустили из виду самую опасную из змей разврата и разложения, жалящую невинных детей и молодежь, — комиксы. Естественно, комиксы читали повально, а поколение вернувшихся с войны ребят предъявляло новые требования к издателям. На страницах стало появляться все больше насилия, эротики, черного юмора. Власти решили с этим бороться и вынудили всех основных производителей вступить в специальную ассоциацию — Comics Code Authority, сокращенно ССА. В добровольно-принудительном порядке эта организация помещала свой знаменитый штамп на всех сериях, разрешенных к продаже, — и эти серии не должны были содержать ничего, что могло бы помешать патриотическому и нравственному развитию населения. Соответственно, все несогласные были вытеснены из дистрибуционных сетей и перешли на полулегальное положение: они и стали альтернативными, а в то время и вовсе андеграундными комиксами.

Комментарии
Комментарии