Хитрован крестьянский сын

Павел Щеголев (1877 – 1931) – пушкинист, революционер, мистификатор.
Хитрован крестьянский сын

Он успел уйти сам, не схваченный, не разоблаченный, не оболганный. Хотя сам многое ухвативший, разоблачивший, а кое-кого и оболгавший. История не расквиталась с ним – ни в злом, ни в добром. Хитрован, несмотря на всю сверхдородность, он сумел проскользнуть между булавой и секирой. В отличие от многих современников и коллег по цеху.

Павел Щеголев родился в 1877 году в Воронежской губернии, в селе Верхняя Катуховка в семье дважды государственных крестьян. Дед Щеголева, кантонист, служил на Кавказе. Отец, как солдатский сын, с самого рождения был записан в военное ведомство и поступил в школу солдатских детей, а потом служил писарем и очень любил читать.

Закон 1856 года освободил солдатских детей от военной службы, и Елисей Никифорович был снова приписан к крестьянскому сословию. В 1862 году он вернулся в родное село, под Воронеж. Там и родился будущий историк.

Свинцовые мерзости царизма он познал с юных лет: едва поступив в Воронежскую классическую гимназию, он на следующий год попал в список исключаемых, поскольку министр народного просвещения Дмитрий Толстой, уверенный, что все зло от образования (вот ведь на государя императора Александра III покушались люди читающие!), запретил держать в гимназиях крестьянских детей. Щеголева спасли только отличные отметки и необычайное усердие: Я оставался, – вспоминал он, – единственным крестьянским сыном в своем классе за весь гимназический период.

Читал он запойно, целиком, полные собрания – Гоголя, Достоевского, Жуковского, Пушкина, Тургенева, Льва Толстого. И, как полагается хорошему гимназисту, рано начал давать частные уроки. Однажды во время урока его ученик Коля Русанов, взволнованно проговорился, что к чаю придет Лев Николаевич, друживший с отцом. Толстой действительно пришел и с первого знакомства запомнил начитанного репетитора.

Поступил золотой медалист Щеголев в Петербургский университет – на санскритско-персидско-армянский разряд факультета восточных языков, но ни ориенталиста, ни языковеда из меня не вышло, он перешел на историко-филологический, где специализировался на сравнительной истории апокрифов (золотая медаль за работу об Афродитиане Персиянине).

Комментарии
Комментарии