Француз Оливье Сиу — о сушеной рыбе, русской бабушке-графине и работе барменом

Как наладить жизнь в чужой стране без денег, почему освоить русский мат удалось быстрее, чем заговорить по русски, и какой музыки не хватает французу.
Француз Оливье Сиу — о сушеной рыбе, русской бабушке-графине и работе барменом

Оливье Сиу рассказывает, что по бабушке он русский граф, а его французские предки основали московскую кондитерскую фабрику «Большевик». В Петербурге за десять лет он успел побывать барменом, таксистом, актером, завести семью и выучить язык.

Чему вас научила Россия?

Впервые я оказался в России в 1986 году, мне было 13 лет. Это было мое первое путешествие за границу, и оно мне очень запомнилось. Но, вообще, у меня есть русские корни, я полуграф. Когда я два года жил в Париже с моей прабабушкой, она рассказала, что один из ее предков — граф Шереметьев. После революции прабабушка уплыла из России на последнем корабле из Севастополя. Мои русские родственники были белогвардейцами и не могли вернуться в Россию. Но они мечтали о возвращении. Другая часть моей родни — это семейство Сиу, французы, которые жили в Москве. Там у них была фабрика, которую позднее переименовали в «Большевик». Знаменитое печенье «Юбилейное» придумали и выпустили мои предки. Они рассказывали, что уехали во Францию в отпуск и из-за революции просто не смогли вернуться.

Второй раз я приехал в Петербург в 2005 году. Здесь меня ждала квартира на Мойке, которую мои бабушка с дедушкой купили во время перестройки. Я решил обосноваться в России, узнав о своих русских корнях. Я мог бы жить в Москве, но понял, что «утонул» бы там. Петербург, на самом деле, небольшой город, и здесь проще заводить знакомства.

Во Франции уже давно кризис, и я чувствовал, что не могу состояться там. А здесь у меня появились знакомые и возможности. Мне ужасно понравился тот хаос, который я нашел в России. Может, сейчас всё немного меняется, но десять лет назад здесь пахло свободой.

Большой трудностью оказался язык, со мной в детстве не говорили по-русски. Когда я приехал, знал только десять слов и русский алфавит. Я выучил русский за барной стойкой. Приехал совсем без денег: у меня было 600 евро, и они быстро кончились. Продолжать актерскую карьеру я временно не мог, ведь не знал языка. Тогда я начал работать барменом в клубе MOD, который располагался на Конюшенной площади.

Комментарии
Комментарии