У войны не женское лицо

Под руководством Пирогова в 1854 была создана первая Крестовоздвиженская община сестер милосердия.
У войны не женское лицо

«Присутствие женщины, опрятно одетой и участием помогающей, оживляет плачевную юдоль страданий и бедствий», — так писал своей жене знаменитый русский хирург Николай Иванович Пирогов из Севастополя. Именно под его руководством в 1854 была создана первая в своем роде Крестовоздвиженская община сестер милосердия. Историю женщин, спасших не одну сотню жизней во время Крымской войны, вспоминает Екатерина Астафьева.

Знаменитый хирург в осажденном городе

По официальным данным во время обороны Севастополя 1854−1855 по разным причинам погибли более ста тысяч солдат. Эти ужасающие цифры могли бы быть еще внушительнее, если бы в осажденный город не приехал Николай Иванович Пирогов. Прославленный ученый-медик, не раздумывая, бросился на помощь истекающим кровью людям. «Тому, у кого не остыло еще сердце для высокого и святого, нельзя смотреть на все, что делается вокруг нас, смотреть односторонним эгоистическим взглядом», — это был жизненный принцип Пирогова.

По прибытию в Севастополь хирург целых 10 дней с утра до вечера оперировал тех, кому операция требовалась уже 2−3 недели. Подведомственные ему госпитали оказались в плачевном состоянии. В городе бушевали болезни, раненые и тифозные находились в одном помещении. Мест на всех не хватало, многим солдатам приходилось днями и ночами пролеживать в коридорах на полу безо всякой помощи. Сказывался и недостаток медикаментов, а те, что все-таки поставляли, были плохого качества. На ум приходят слова Земляники из гоголевского Ревизора: «Чем ближе к натуре, тем лучше; лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет». К тому же в осажденном Севастополе процветала широкая медицинская коррупционная сеть: лекарства просто не доходили до больных, а оседали у начальников складов. В Симферополе царила похожая атмосфера.

Хирург и управленец

Знаменитому хирургу пригодились скорее не медицинские, а административные таланты. Будучи уверенным, что для выздоровления солдата мало операции, а важен еще и правильный уход, Пирогов бросился наводить порядок. В первую очередь он взялся за разделение больных на категории. Теперь смертельно раненые лежали отдельно от легко раненых, и помощь оказывали в первую очередь тем, кому это было жизненно необходимо. Он же внедрил применение гипсовой повязки на поле боя, а также приучил хирургов оперировать под наркозом. Но самой большой своей заслугой знаменитый ученый считал создание общины сестер милосердия.

Доля жертвы и добра русских женщин

В этом благородном деле Павлову помогала великая княгиня Елена Павловна, жена князя Михаила Павловича. Благодаря своему влиянию на Николая I и Александра II, она смогла решить финансовую и организационную сторону вопроса. Создавшая несколько больниц и приютов для бедных и сирот, в 1854 Елена Павловна решила попробовать отправить на поле битвы женщин для помощи раненым. Свое воззвание она обратила к незамужним женщинам, готовым «принести свою долю жертвы и добра… Отчизне». 25 октября княгиня утвердила состав Крестовоздвиженской общины, а месяц спустя 28 первых сестер милосердия прибыли в Севастополь. За ними следом отправились и другие.

Трудно уехать — на поле боя еще тяжелее

В своих «Воспоминаниях сестры милосердия», опубликованных после в «Вестнике Европы», Екатерина Михайловна Бакунина писала, что попасть в отряд сестер было не так-то просто. Жительницу Москвы сперва не хотели брать в петербургский набор. Решения отправиться на поле боя не понимали близкие, в том числе и брат, бывший военный, твердивший, что женщины «не принесут никакой пользы, а будут только тяжелой и никому не нужной обузой». Но еще труднее оказалось, конечно, в самом осажденном городе: «Очень было тяжело ходить по Севастополю и встречать отряды, которые идут на батареи. Они идут бойко, весело, но за ними три или четыре человека несут носилки. Сердце так и сожмется, и подумаешь: «Для которого это из них?»

Николай Иванович пристально следил за своими подопечными. Он создал специально для них несколько инструкций, чтобы медсестры знали, как правильно вести себя при в операционной, а также не забывали следить за своим здоровьем и регулярно питаться: за время войны из 120 сестер 17 погибли. Самих сестер для лучшей организации дела Пирогов разделил на группы: одни из них помогали при перевязках, другие заведовали лекарствами, третьи следили за чистотой и содержанием больных, а четвертые сопровождали раненых в пути.

Три столба Общины

«Тремя столбами Общины» Пирогов называл Елизавету Петровну Карцеву, Екатерину Михайловну Бакунину и Екатерину Александровну Хитрову. Эти три отважные женщины с неиссякаемым рвением помогали хирургу в реорганизации госпиталей Севастополя. Екатерину Бакунину, племянницу Кутузова, отлично образованную женщину, часто называли идеалом сестры милосердия. Елизавета Карцева работала над административными вопросами. А Екатерина Хитрова была опытной сиделкой, которая к тому же показывала пример нравственности другим медсестрам.

В начале 1855 года в газетах появилось имя англичанки Флоренс Найтингейл, которая вместе с группой женщин выехала на поле боя. Но Пирогов ревностно отстаивал первенство Крестовоздвиженской общины в деле помощи раненым. На основе Общины сестер милосердия времен Крымской войны возникло общество Красного Креста в России.

Лазарет Елизаветинской общины сестер милосердия в Харбине. 1904−1905

Даша Севастопольская

Одной из первых сестер милосердия считают знаменитую Дашу Севастопольскую. Еще до того, как в Петербурге была основана община, девушка начала сама помогать раненым. Восемнадцатилетняя сирота продала оставшийся от родителей домишко, купила повозку, одеял, полотна и уксуса и организовала собственный передвижной перевязочный пункт. Там она принялась перевязывать солдат, поить их и промывать раны. За проявленную отвагу дочь матроса наградили золотой медалью «За усердие» и выдали 500 рублей серебром — внушительную по тем временам сумму. А после замужества Николай I обещал выдать еще 1000 рублей на устройство семейного быта. Дашу Севастопольскую (ее настоящую фамилию «Михайлова» долго никто не знал) запечатлел на панораме «Оборона Севастополя» Франц Рубо.

Источник: Diletant.media

Комментарии
Комментарии