Как Екатерина II хотела Византию возрождать

Екатерина II была уверена, что возродит Византию.
Как Екатерина II хотела Византию возрождать

Екатерина II была настолько уверена, что она возродит Византию, что даже внука назвала Константином и готовилась передать ему власть. Присоединение Крыма было частью этого масштабного проекта.

Падение империи

30 мая 1453 года можно считать датой окончания существования Византии. Именно в этот день после двух месяцев осады Мехмед II вошел в Константинополь и повелел превратить символ Царьграда, Софийский собор, в мечеть.

После этой победы султан, считающий себя правопреемником императора Константина, взял себе титул Цезаря Рима. Падение святого города стало для всей Европы первым признаком начала конца света, тем более, что после это события начались многочисленные эпидемии чумы, а турки все дальше продвигались на запад. Папа Римский Пий II созвал собор, на котором вынес на обсуждение проект Крестового похода на Константинополь, однако идея так и не была воплощена.

Внук Константин

Спустя три столетия вторящий замыслам Пия II план созрел там, где этого никак нельзя было ожидать — в России. Так называемый греческий проект стал плодом обсуждения Екатериной II и ее фаворитом Потемкиным в 1780 успехов русско-турецкой войны 1768-1774 годов, в частности, протекторат Крыма, получение северного берега Черного моря и солидную контрибуцию.

Среди военных успехов была архипелагская морская экспедиция, в которой русский флот впервые воевал вдалеке от границ России и смог заложить начало отделению Египта от Османской Империи. Главной целью этого проекта становится не иначе как завоевание столицы всего православного мира — Константинополя. Императрица настолько вдохновилась этой идеей, что даже назвала своего внука в честь Константина — имя, которое носили первый и последний императоры Византии.

Внука на царство!

Мечты о третьем Риме играют ведущую роль в политике сближения с Веной — русская императрица в 1782 пишет австрийскому императору Иосифу II о своих планах по переделу Европы.

Екатерина надеется, что император «не откажется помочь мне в восстановлении древней Греческой монархии на развалинах павшего варварского правления, ныне здесь господствующего, при взятии мною на себя обязательства поддерживать независимость этой восстанавливаемой монархии от моей».

Во-первых, Екатерина настаивает на том, что Россия не нуждается в новых территориях, однако Молдавию, Валахию и Бессарабию она считает нужным объединить в единое буферное государство – Дакию, территориальная концепция которого является практически полным аналогом современной Румынии. Трон этого гипотетического государства займет православный государь, который будет в союзе с великими империями – Российской и Австрийской.

Во-вторых, Россия и Австрия должны объединиться для того, чтобы разгромить Порту и взять Стамбул, снова превратив его в Константинополь. По замыслу Екатерины, бразды правления должен был взять на себя ее внук, Константин, однако реформированная Византия стала бы полностью независимым государством.

Императрица на колеснице

Одним из главных мотивов греческого проекта, по заверениям Екатерины, была борьба с иноверцами, однако Иосиф и король Франции, Людовик XVI, не спешили верить этому плану.

Тем временем, Екатерина вела обширную переписку с французским философом Вольтером, который убеждал императрицу, что «падение Оттоманской Империи будет прославлено по-гречески, Афины станут одной из ваших столиц, Греческий язык станет всеобщим…», и что только Екатерина сможет «изгнать этих варваров и сделать Константинополь столицей Русской Империи».

В числе советов Вольтера была рекомендация применить при захвате Константинополя колесницы, что отчетливо напоминает героические войны греческого эпоса.

Византийский узел

Людовик, поддерживающий Османскую Империю, после предложения Россией союза отправил в Турцию военных для подготовки ее армии к войне. Иосифа же смущало то влияние, которое Россия приобрела бы на Балканах, к тому же он не был согласен с концепцией Дакии.

Англия также не поддержала греческий проект.

Тем временем Екатерина окружает юного Константина греческими няньками и строит близ Царского Села уменьшенную копию Софийского собора.

Однако эти приготовления не были единственными шагами по воплощению возрождения Византии — императрица, пользуясь войной Франции в Америке и союзом с Австрией решается захватить Крым, так как расходы на поддержание его независимости становятся непомерными, к тому же, полуостров стал бы хорошим связующим звеном между Новороссией и Европой.

Христианский долг

Задуманный в 1778 Потемкиным в память о древнегреческом Херсонесе город Херсон и его же план постройки Екатеринослава (ныне — Днепропетровск), будущей столицы Новороссии, становятся одними из многочисленных ходов в большой игре Екатерины по присоединению земель на юге.

Одним из религиозно-нравственных оправдывающих мотивов аннексии Крыма становится тот факт, что Владимир, крестивший Русь, сам принял крещение именно в Херсонесе, и в свете этого необходимость завоевания Крыма становится чем-то вроде христианского долга.

Пока Версаль питает смутные надежды выступить миротворцем в войне Порты и России, Екатерина вовсю занята постройками укреплений на Крымском побережье Черного моря.

Так как российская армия уже находилась в Крыму с 1782 года, аннексия прошла быстро и Екатерина предложила татарам присягнуть ей на верность или уехать в Турцию (уехало около 200 000). Новую провинцию называют Тавридой, а бывший хан уезжает в Калугу под давлением князя Таврического — Потемкина, занимающегося обустройством новых земель.

После аннексии

Аннексию Крыма, на удивление, достаточно тепло встречает и Франция и Австрия. После захвата Крыма Россия устанавливает протекторат над Грузией, в то же время идут ожесточенные бои с чеченцами и дагестанцами на Северном Кавказе, продвигаясь все южнее. Турция обращается к государствам Европы с просьбой о помощи, но ни одна страна не отвечает ей взаимностью.

Итогом назревающих противостояний стала вторая русско-турецкая война 1787-1791 годов, из которой Россия вышла победительницей: граница между Российской Империей и Турцией стала проходить по Днестру.

Впрочем, Порта получила при этом Молдавию и Бессарабию. Выигрыш от этой войны разочаровал Екатерину: великому проекту по возрождению Византии так и не суждено было воплотиться.

Несмотря на то, что вскоре будет создан новый морской порт — Одесса, которую заселят греками, а в начале XIX века недолго просуществует российский протекторат над семью греческими островами, екатерининские мечты о Константинополе так и остались лишь мечтаниями.

Греки, молящие императрицу о возвращении своей родины так и остались без просимого, а единственным напоминанием о грандиозном проекте стал Константин, бегло говорящий по-гречески.

Источник: russian7.ru

Комментарии
Комментарии