О «бунте против машин»

Как владельцы чулочных фабрик Англии боролись с прогрессом.
О «бунте против машин»

11 Марта 1811 — в Англии произошло восстание луддитов, группы английских рабочих, протестовавших в начале 1800-х годов против изменений, которые повлекли промышленный переворот, и считавших, что их рабочим местам угрожает опасность. Их протест под предводительством Неда Лудда из Шервудского леса выражался в разрушении машин и оборудования.

Начало «бунту против машин» положили надомные работники текстильных производств, которые одними из первых почувствовали реальную угрозу от их применения. В шахтах же и плавильнях, никогда не являвшихся кустарными промыслами, в принципе мало кто возражал против введения машинного труда, однако и там инстинкт подтолкнул рабочих к разрушению «этих чудовищ», которые, заменяя труд множества людей, вели к обнищанию трудового народа ради личного благополучия кучки промышленных королей. Более того, нередко «бунт против машин» рассматривался и как этическое, христианское движение.

В 1811 г. владельцы чулочных фабрик ноттингемского района стали получать письма, требования и «советы» угрожающего содержания с подписью «король Лудд» или «Нед Лудд» и символическим обратным адресом «Шервудский лес» или «Шервудский замок».

Кто был этот загадочный «король Лудд» и существовал ли таковой, вообще осталось неизвестным, но одно было ясно — в стране действовала мощная тайная организация, возглавляемая либо сильной личностью, либо группой смелых людей. Возможно, они позаимствовали это имя у легендарного короля Лудда, а возможно, у некоего Неда Лудда — работавшего на чулочной фабрике слабоумного паренька, который, как свидетельствовала молва, в знак протеста против несправедливости и гонений первым разбил чулочно-ткацкие рамы. «Шервудский лес» или «Шервудский замок», пожалуй, следовало воспринимать как намек на некогда обитавшего там Робин Гуда. Немало простых людей искренне верили в то, что такой герой, Лудд, действительно существовал и что он поклялся посвятить свою жизнь защите интересов бедного люда. Кем бы они ни были на самом деле, луддиты быстро стали реальной силой в графствах Ноттингемшир, Ланкашир и Йоркшир, причем силой, способной при необходимости собирать крупные отряды вооруженных, дисциплинированных и полных решимости людей, силой, которую поддерживало и уважало большинство трудового населения страны.

Ткацкая фабрика, Penny Magazine, 1843 год

Раньше всего луддиты появились среди ноттингемских чулочников. Это были искусные мастера, отдавшие долгие годы обучению ткацкому ремеслу и, как правило, работавшие на так называемых узких рамах. Затянувшаяся война и бесконечные блокады сильно подорвали их экономическое положение, поскольку производимая ими продукция предназначалась в основном для европейских рынков. К тому же на некоторых фабриках владельцы постепенно стали вводить «широкие» рамы, работа на которых уже не требовала высокой ткацкой квалификации: на них вязались не цельные изделия, а полотна полуфабриката, которые затем разрезались на части и сшивались по форме.

Изготовленная по такой технологии продукция не отличалась высоким качеством и довольно быстро рвалась по швам, но зато она была дешева и прекрасно расходилась на внутреннем рынке. Это нововведение, естественно, сопровождалось снижением оплаты труда ткачей-надомников, и тогда луддиты организовали налеты на эти фабрики, круша и ломая широкие рамы и уничтожая всю изготовленную на них продукцию. Всего за несколько недель их стараниями была поломана тысяча широких рам и в клочья изорваны огромные запасы полуфабрикатов.

«За самовольную порчу промышленного оборудования предусматривалась депортация в австралийские лагеря для осужденных преступников на срок до 14 лет»

Обычно луддиты действовали по простой и незамысловатой схеме, чем-то напоминавшей тактику ограниченной партизанской войны: они тайно собирались ночью небольшими вооруженными отрядами, врывались на заранее намеченную фабрику, разбивали или сжигали станки и мгновенно исчезали в ночи. В результате таких набегов фабричное производство тканей резко упало, зато существенно возросли цены на ткацкие изделия, доходившие до двух шиллингов за дюжину чулочных пар.

Луддиты утверждали, что действуют в рамках закона, ибо еще король Карл II специальной хартией уполномочил ткацкую «Фреймуорк ниттерс компани» осматривать готовую продукцию и уничтожать все, что не соответствовало установленным стандартам. А значит, и они, избирательно уничтожая недоброкачественные товары (а заодно и производившие их станки), в принципе ничем не нарушают закон. Однако мировые судьи такую трактовку закона категорически отвергли, в подтверждение чего направили в Ноттингемшир две тысячи вооруженных солдат.

LUDEN о восстании луддитов:

11 марта 1811 года, в Ноттингеме, началось восстание луддитов.

Они выступали против технического прогресса, который лишал их рабочих мест.

Ведь то, что раньше делали только вручную, теперь можно было быстрее и дешевле сделать на станках.

И луддиты ломали станки, чтобы остановить ход прогресса.

Они добились того, что уничтожение машин было объявлено преступлением, наказуемым смертной казнью.

Более того, в 1813 году по этому закону было казнено 17 человек, гораздо больше людей было отправлено в Австралию (тогда это была естественная тюрьма для подданных Великобритании, в Англию оттуда возвращались единицы).

Дошло до того, что какое-то время английские войска занимались подавлением луддистских восстаний сильнее, чем сопротивлением Наполеону на Пиренейском полуострове.

Казалось бы, на этом можно забыть про странных людей, которые были против прогресса. Того самого, который дал нам всё то, что мы сегодня имеем.

Однако до сих пор есть люди, и их миллионы, которые противятся прогрессу. Только они стали умнее, они не ломают машины. Они стараются продавить законы, которые максимально тормозят развитие новых технологий. Да и цели у них сегодня не ткацкие станки, а атомная энергетика, генетика, клонирование, ИТ (например пиринговые сети) и другие подобные технологии.

Однако страх перед виселицей не остановил луддитов. Нападения на фабрики продолжались, распространившись даже на графства Ланкашир и Йоркшир. Чаще всего во время своих ночных рейдов подданные «короля Лудда» крушили станки при помощи тяжелого кузнечного молота, прозванного в народе по имени его создателя Эноха Джеймса «верзилой Энохом».

Многие хозяева превратили свои фабрики в маленькие крепости, оставляя в них на ночь всех, кого могли — вооруженных приказчиков, мастеров, партнеров, солдат. В результате таких мер предосторожности происходили кровавые стычки, в которых нередко применялось огнестрельное оружие.

Поздними вечерами луддиты тайно собирались в лесу или на уединенных опушках; там они обсуждали детали предстоящего набега, а затем, зачернив лица сажей, отправлялись на дело, которое нередко заканчивалось кровопролитием.

Предводитель луддитов, 1812 год

Со временем большинство мелких фабрикантов сдались и демонтировали новое оборудование, предоставив бороться с луддитами владельцам более крупных и сильных предприятий. Один из них — некий Уильям Хорсфолл — даже установил на территории своей фабрики пушку, пробив для нее амбразуру в стене.

(Правда, впоследствии его самого все-таки убили.) А уже известный нам Уильям Картрайт приготовился к возможной (или, вернее сказать, неизбежной) встрече с луддитами, как к настоящему сражению.

«Темной ночью, когда тихо, и луна в холмы сползла. Отправляемся мы пикой, и мечом вершить дела» — песня луддитов

И луддиты, которых оказалось там не менее 150 человек, не заставили себя долго ждать. Группа атакующих, разбив ворота кувалдами и топорами, ворвалась во двор, но была отброшена назад, понеся при этом большие потери ранеными и убитыми. Атака захлебнулась, и луддиты были вынуждены отступить. Картрайт стал героем дня для консерваторов, военных и других власть имущих. По дошедшим до нас слухам, он вышел к двум смертельно раненным луддитам и обещал им воду и врача, если назовут своих вожаков. Напрасно! — оба предпочли мучительную смерть предательству.

После столь сокрушительного отпора движение луддитов, даже несмотря на массовую поддержку населения и отдельные успехи, постепенно пошло на убыль: организованные рейды проводились все реже и реже, а затем и прекратились совсем.

Луддиты громят мастерскую

SHATFF «армия генерала Неда Лудда» из Шервудского леса:

С одной стороны — перманентная война с недавно освободившимися Североамериканскими колониями; с другой — Бонапарт с его «континентальной блокадой». (Хоть Европа соблюдала её неохотно, но английский экспорт постепенно упал на треть!) Внутри — неурожаи (кстати, заметным поставщиком зерна тогда стала Россия); а также памятные по учебникам «огораживания» — когда из-за роста цен на шерсть арендаторов начали вытеснять с земель для разведения овец; отсюда выражение «овцы съели людей». И, как вершина пирамиды, — прогресс!..

...В жизнь английских фабрик всё активней входили паровые машины — и это дьявольское изобретение лишало работы множество ткачей. (Когда-то их ручной труд был высококвалифицированным и престижным — теперь сотню потомственных мастеров могли заменить несколько механизмов с парой наладчиков!)

Собственно — кто такой был этот самый Нед Лудд? Историки разводят руками — скорее всего, его вообще никогда не существовало.

Однако, армия-то была! И более того — прекрасно организованная! Поначалу днём эти боевые отряды прятались на торфяниках или в лесу. (В Англии тех лет ещё можно было спрятаться. Как мы помним, именно в Ноттингемском лесу в своё время обитал Робин Гуд — и явно неспроста эта история началась именно здесь — а потом полыхнула по всей стране!)

«Царство короля Лудда» так и осталось окутанным непроницаемой завесой тайны. Кто за ним в действительности стоял и почему оно прекратило свое существование, так и не удалось узнать никому. Конспирация была для луддитов вопросом жизни или смерти, и они ее тщательнейшим образом соблюдали. Немало из них закончили жизнь на виселице или в далекой Австралии на каторжных поселениях у залива Ботани. И тем не менее движение луддитов основывалось на отсталой философии, зовущей к возврату условий жизни, которые объективно уже устарели. Оно являло собой последний отчаянный бой обреченного класса свободных надомных производителей. Будущее принадлежало машинам и тем, кто ими владел.

Источник: www.livejournal.com

Комментарии
Комментарии