Как прокачать мозги

Игроки «Что? Где? Когда?» дают мастер-класс.
Как прокачать мозги

Интеллектуальная игра «Что? Где? Когда?» в этом телесезоне отмечает сорокалетие, переживая невероятный ренессанс зрительского интереса. Петербургские знатоки всегда были и остаются самыми мудрыми, патриотично считаем мы. И поэтому срочно записались к ним на тренинг умственного роста.

Михаил Мун

Играет в элитарном телеклубе с 1997 года и давно завоевал заветную «Хрустальную сову». А в обычной жизни работает коммерческим директором компании, занимающейся импортом химического сырья, и ведет ток-шоу «Футбольное обострение» на «Радио Зенит».

Вы наверняка с детства смотрели игру? А как в нее попасть?

Да, конечно, с детства. В Советском Союзе особенно и делать-то больше было нечего: люди играли в шахматы по переписке, собирали марки и смотрели по телевизору передачу Владимира Ворошилова. В 1991 году я поступил в университет и пришел в «Коломну», клуб по спортивному «Что? Где? Когда?». Это действительно спорт: несколько команд собираются в одном зале, всем задаются одни и те же вопросы, ответы пишут на бумажках. Цель — дать больше правильных ответов, чем конкуренты. То есть можно реально подсчитать, кто лучше играет. Движение существует даже в небольших городах, а также в Америке, Израиле, Германии — всюду, где есть русские диаспоры. В чемпионатах мира по этой интеллектуальной дисциплине участвуют игроки из двух десятков стран. И тем, кто хочет попасть в телеигру, есть смысл заниматься таким спортом, потому что очень большой процент успешности знатока — это опыт, наигрыш, овладение метаязыком, на котором пишутся вопросы. Ведь обычный человек не сможет с ходу уловить, где в вопросе ключевой момент, и поэтому ему гораздо сложнее встать на правильный ход мыслей. У нас благодаря опыту это уже получается автоматически. Мы сразу понимаем: вот это слово тут подозрительное, значит оно является подсказкой. А когда весь вопрос про писателя, а в конце просят назвать произведение, то вполне вероятно, что это будет музыкальное произведение или картина, а вовсе не книга.

В чем феномен программы «Что? Где? Когда?», благодаря которому она живет так долго?

В том, что это не викторина, где ты либо знаешь ответ, либо нет. Самый интересный формат такой, в котором знание рождается прямо на глазах зрителя, — это принципиальный момент, являющийся нашей фирменной «фишкой». Сейчас я играю в самой эмоциональной команде клуба, команде Андрея Козлова, который в каком-то смысле продолжает идеи Ворошилова. Ведь Владимир Яковлевич говорил: «„Что? Где? Когда?“ — это не игра в то, кто умнее, не игра в то, кто больше знает, и вообще не игра в ответы на вопросы. Смысл в том, что мы ставим людей в стрессовую ситуацию и просто смотрим, как раскрываются их личности». Андрей как раз очень последовательно отстаивает эту концепцию: вот команда, это шесть человек, у них есть некое коллективное бессознательное, в котором все ответы на вопросы уже существуют. Речь, естественно, не об эзотерике. Нам задают вопросы, додуматься до ответа на которые в принципе возможно, — такие, где нужно просто знать факт, редакторы никогда не пропустят. И исходя из этого задача капитана в том, чтобы как-то вытащить из нас этот ответ. Ни в коем случае команда не должна рассыпаться, это должна быть именно спаянная внутренними связями группа, игроки которой слышат друг друга. И всю команду нужно ввести в состояние коллективного транса, чтобы концентрация на игре достигала ста процентов, ведь любой человек в обычной жизни сконцентрирован процентов на пятнадцать. Собственно, это очень эмоционально и пытается сделать Козлов. Поэтому каждая игра с ним — это такая феерия, особенно для меня, ведь я вообще живу довольно рациональной жизнью и стараюсь очень тщательно контролировать свои эмоции.

Можете все-таки посоветовать, как стать умнее других?

Давайте сразу расставим точки над i: человек, который лучше другого играет в «Что? Где? Когда?», всего лишь лучше другого играет в «Что? Где? Когда?». Он не умнее, не интеллектуальнее, не эрудированнее многих других. То есть может быть да, а может быть и нет. Да, понятно, что у всех знатоков есть высшее образование, мы довольно начитанны. Но в остальном — совершенно среднестатистические люди, которые просто приобрели навык отвечать на вопросы в телеигре. Для чего (и это тоже правило Владимира Ворошилова, которое до сих пор соблюдается) достаточно общекультурного уровня и программы средней школы. То, что можно действительно натренировать, — это умение слушать и слышать других, быстро воспринимать суть их мыслей. Нужно выхватить из избыточного, противоречивого и не всегда связного потока слов, который на тебя выбрасывает партнер по команде, правильную суть и домыслить ее внутри себя. А с другой стороны — уметь максимально четко сформулировать собственную мысль, уметь ее донести именно на том языке, на котором наиболее оптимально ее воспримет твой партнер. Это то, что называется внутрикомандная химия. И самое главное — развивать в себе критическое мышление. Оно формулируется одной фразой: «Если я что-то знаю, то я всегда должен задумываться о том, а почему я думаю, что я это знаю?» То есть нет вообще никаких аксиом, кроме самых-самых базовых, а все остальное всегда нужно подвергать сомнению. Таким образом можно бороться и с промыванием мозгов, и с манипулированием тобой другими людьми. Правда, это добавляет завышенную самооценку, потому что ты начинаешь уметь делать то, что не умеет делать восемьдесят процентов людей. (Смеется.)

Михаил Скипский

Обладатель «Хрустальной совы», учитель географии в Аничковом лицее и тренер детских команд «Что? Где? Когда?» за десять лет последовательно прошел все ступени этой интеллектуальной пирамиды — школьную лигу, затем студенческую и взрослую, телевизионный «Брэйн ринг», суперлигу Международной ассоциации клубов и, наконец, попал в телеигру, с которой все это движение и началось.

Как вы пришли в «Что? Где? Когда?»

Путь знатока, это что-то из кунг-фу: я начал играть в школе в девятом классе, через пару лет мы заняли третье место на главном городском школьном турнире по «Что? Где? Когда?» — это было очень круто, на нас сразу обратили внимание. Мы играли все студенческие годы, по окончании института меня стали приглашать в сильные городские команды, затем в телевизионный «Брэйн ринг». Его снимали те же люди, что и «Что? Где? Когда?», и меня позвали на первый отбор в телеигру, через полтора года — на следующий отбор, и еще года через полтора я оказался в команде Алексея Блинова вместе с сильнейшими — Аскеровым, Орловой, Друзем, Рубиным. И вообще не понимал тогда, зачем я там нужен. На второй игре предложил версию, а на третьей — правильную версию. Возможно, вся эта история про то, что попадают в клуб те, кто любит игру больше, чем все остальное.

Какие вопросы остаются в памяти?

Те, которые неожиданно стали решающими. Так, в финале прошлой серии игр при счете 5:5 прозвучал вопрос, который у нас не было времени обсуждать, и мы на него ответили неверно. Телезрители выиграли 6:5, и автор этого вопроса получил все: «Бриллиантовую сову», титул, деньги. А вопрос был несложный: «В Сиднее на Новый год делают фейерверк в полночь, но перед этим устраивают такой же в девять часов вечера. Для кого этот фейерверк?» Правильный ответ: для маленьких детей, которым нужно ложиться спать. В идеале, как нам говорил Александр Друзь еще в начале 1990-х, хороший вопрос — это что-то из серии «неизвестное об известном», и строится он в рамках школьной программы.

И как научиться на такие вопросы отвечать?

Я педагог в разнообразных ДДЮТ и тренирую детские команды «Что? Где? Когда?» — это точно спорт. Есть очки, секунды, количество правильных ответов, кто быстрее, в каком возрасте. Во взрослом спортивном «Что? Где? Когда?» играют почти все телевизионные игроки, чтобы поддерживать себя в форме. С одной стороны, нужен базис начитанности, эрудиция, потому что в вопросе есть два-три ключевых слова, вокруг которых у тебя возникают какие-то облака смысла. Довольно простые ассоциации, и чем этих облаков ассоциаций больше, тем больше шансов на выигрыш. С другой стороны, важно умение выхватывать эти слова из вопроса и именно на них делать акцент во время командного обсуждения. Сейчас у меня есть довольно толковая команда девятиклассников. Они хорошие, начитанные дети, но не могут увидеть в вопросе только одно ключевое слово и минуту его обсуждать. Я придумал для них такое задание: команда делится пополам, половина уходит за дверь, трем оставшимся в комнате ребятам я читаю вопрос, они анализируют текст, выделяют из него пять слов, другие трое возвращаются, и оставшиеся рассказывают им эти пять слов. По этим словам вошедшие должны ответить на вопрос. Третья сложность — момент пересечения облаков ассоциации у игроков. Если это произойдет, то на их стыке и будет ответ. Когда ты начинаешь играть, через какое-то время у тебя случается профессиональная деформация: ты воспринимаешь любую информацию в ракурсе «а могут ли про это спросить?». Писать вопросы самому — очень хорошая самотренировка, потому что ты используешь те же приемы, что и авторы. И необходима отработка командных ролей: так, одни люди придумывают больше версий, а другие медленнее соображают, но лучше работают с текстом.

Ради чего вы играете?

Ради игры. Я двадцать лет в этом движении, и телеигра в Охотничьем домике в Нескучном саду — это, конечно, апофеоз «Что? Где? Когда?», игра в кубе. Против вопросов, против ведущего, против камеры. Я бы сказал, что история со смокингами вокруг зеркального стола — совершенно идеальная. С одной стороны, ты отвечаешь на вопросы, а с другой стороны, волей-неволей играешь на камеру. У тебя невероятный праздник: приезжаешь в пятницу днем в Москву, вечером тренировка, весь день в субботу ты готовишься, в субботу вечером играешь. Полтора дня у тебя день рождения. Жена вокруг тебя ходит, пылинки сдувает, приносит кофе. Разумеется, в игре присутствует и на подкорке происходит что-то околоактерское. С другой стороны, ты, конечно, тешишь собственное тщеславие, потому что в гражданской жизни я школьный учитель, а благодаря участию в телеигре прихожу на родительское собрание и родители как-то по-другому слушают. Это очень удобно. И завуч с тобой по-другому разговаривает. (Смеется.)

Александр Друзь

Первый магистр «Что? Где? Когда?», обладатель шести «Хрустальных сов» и одной «Бриллиантовой» участвует в телеигре 35 лет без перерывов, остается лидером и по числу игр, и по количеству побед в них.

Вы встречались с теми, кто считает, что играет дома у экрана лучше вас?

Конечно, и их множество. Я и сам попал в «Что? Где? Когда?» из-за того, что сидя дома спокойно отвечал на вопросы телезрителей, пока ребята в телевизоре мучились и не всегда отвечали правильно. Поэтому когда в 1981 году увидел в конце программы приглашение тем, кто считает себя не хуже знатоков, тут же послал заявку. Но оказавшись внутри игры, я понял, что у меня был «синдром диванного знатока»: человек играет тем лучше, чем дальше он находится от волчка. И я не шучу! Это правда. В команде ответить в шесть раз труднее, чем одному, когда ты сам себе хозяин. А с другой стороны, «диванные знатоки» играют лучше всех, потому что находятся всемером — слушают мнения всех, кто за столом, да еще могут иметь и собственное.

Как натренировать себя на победу?

Знать все невозможно. «Что? Где? Когда?» — это игра про интеллект, а не про эрудицию. Необходимо тренировать аналитическое и логическое мышление: нужно ходить по улице «раскрывши рот», впитывая нюансы даже на давно знакомом маршруте, видеть то, что происходит вокруг тебя, и, самое главное, понимать, почему это произошло.

Алена Повышева

Капитан команды в телеигре с 2011 года. Несколько лет назад переехала из Минска в Петербург, где работает PR-менеджером бренда befree.

Можете привести пример яркого мыслительного процесса, который остался у вас в памяти?

Однажды нам вынесли здоровенную деревянную штуку, и нужно было понять, зачем она нужна. Каждый по цепочке что-то от себя добавил, и секунде к пятидесятой из этих кусочков родился ответ: этой штуковиной околачивают кедры, чтобы добыть шишки. Далеко не самый сложный вопрос, но запоминаются такие моменты — когда все понемногу вкладывают, подхватывают мысли друг друга и за несколько секунд до конца рождается правильный ответ.

Как «прокачиваете» себя к игре?

Перед любой умственной работой полезно расшевелить мозг, и для этого есть простая игра «Шапка»: каждый игрок пишет на небольших листочках по десять-пятнадцать слов, их складывают в шляпу, игроки разбиваются на пары. Первый достает листок со словом и за пятнадцать секунд старается объяснить партнеру это слово без использования однокоренных, если партнер угадал — достает следующее слово, если нет — кладет обратно и ход переходит к следующей паре. Выигрывает пара, которая отгадает в сумме больше всех слов.

Источник: sobaka.ru

Комментарии
Комментарии