Реглан, кардиган, балаклава: что изменила в быту Крымская война

Мирный договор, положивший конец Крымской войне, был подписан 160 лет назад, 30 марта 1856 года.
Реглан, кардиган, балаклава: что изменила в быту Крымская война

Мирный договор, положивший конец проигранной для России Крымской войне, был подписан 160 лет назад, 30 марта 1856 года. Эта война стала революционной во многих, не только военных областях: в пропаганде, медицине, развитии фотографии и телеграфа, прогноза погоды и даже в мире моды. А все ли знают, что «последний ветеран» Крымской войны умер совсем недавно, уже в XXI столетии?

Лютый холод Балаклавы

С детства нам знакомы эти в общем-то жуткие кадры из мультфильма «Левша»: рота довольных англичан с улыбкой, как в тире, расстреливает беспомощных русских молодцов.

А всё потому, что у русских ружья были старого образца, гладкоствольные, а у британцев уже нарезные и они стреляли на намного большее расстояние. В своих последних словах умирающий Левша, выведавший британский секрет, обращался к царю: «...у англичан ружья кирпичом не чистят. Пусть чтобы и у нас не чистили, а то, храни бог войны, они стрелять не годятся». Но не услышал царь, всерьёз думал, что «Россия такая же, как и в 1812 году».

А вот другая известная «тема» Крымской войны — преимущество британского парового и броненосного флота над парусным и деревянным русским.

Героический адмирал Нахимов, конечно же, мог наголову разгромить в Синопе турецкий флот (он был такой же допотопный, парусный). Но когда в Чёрное море приплыли британцы — увидев дым от их кораблей Нахимов ощутил такую же беспомощность, как и русский солдат с гладкоствольным ружьём. Весь русский флот пришлось топить на входе в Севастопольскую бухту, чтобы, перегородив пролив, защититься хотя бы от вражеского десанта в городе. По итогам Крымской войны России придётся коренным образом менять своё вооружение. Но это будет потом, уже при новом «царе-освободителе». А при «царе-палкине» англичане и французы с турками всё равно высадили десант за пределами Севастополя, взяли героический город в осаду, осаждали его целый год и в итоге всё-таки взяли. За долгую осаду, правда, настрадались сами.

В частности — так сильно мёрзли зимой (в Крыму!), что были вынуждены связать себе особые вязаные шапки с прорезями для глаз, носа и рта, закрывавшие всё лицо. По месту изобретения этой, столь модной в наше время от «Пусси Райот» до спецназовцев детали одежды, их называют «балаклава». Но не «балаклавой единой» исчерпывается мир новинок в мире моды от Крымской войны.

PRANAVA: Крымская война как веха в истории моды и современной одежды вообще

В этом небольшом с современной точки зрения, но очень важном и, как говорится, «знаковом» для всех стран-участниц конфликте видные роли сыграли люди, с именами которых связаны, как минимум, три относительно современных фасона одежды: кардиган, галифе и реглан.

Последний примечателен еще и тем, что современное родовое поместье его семьи, герцогов Бофор-Монморанси (Бофорт), и по совместительству (со времен Генриха VIII) графов Вустер (как тот, который «Дживс и...») — единственной живой до сих пор ветви Плантагенетов по мужской линии, потомков Эдуарда III через Джона Гонта (Ланкастеров) — называется Бадминтон, откуда, собственно, и игра.

Генерал Джеймс Браднелл граф Кардиган — редкостный даже по тем временам самодур, (ч)удлан и *** - командовал знаменитой «атакой легкой бригады» под Балаклавой. В кавалерийской атаке по узкой, хорошо простреливаемой долине прямо на заведомые пушки (которые, собственно, предполагалось отбить) полегла почти половина пестуемого Кардиганом «элитного», как сказали бы теперь, подразделения, в составе которого было множество знатных молодых британцев того времени, большинство из которых похоронены там же. Этот эпизод до сих пор представляет собой для англишманов сильно романтизированный (прежде всего, Теннисоном в его знаменитом стихотворении: http://www.poetryfoundation.org/poem/174586) и потому плохо осознанный фетиш.

Во-первых, понимая всю бездарность и провальность этого предприятия, они никак не могут и/или не хотят признать его поражением, коим оно является с любой точки зрения. Во-вторых, за прошедшие более полутораста лет в обществе не сформировалось сколь-нибудь общеприемлемого мнения касательно причин, виновных и выводов из этой ситуации...

Однако в контексте затронутого в заголовке страшного стечения модных обстоятельств, личность Кардигана интересна не этим, а авторством популярного фасона одежды, относящегося у нас по традиции к категории кофт.

Кардиган — это кофта в обтяжку с вырезом под возможный галстук или платок, придуманная незадачливым графом в качестве поддевки под мундир. В те времена, когда одежда военных не превратилась еще окончательно в камуфляжную пижаму, потому что военным было не все равно, как они выглядят, под нее поддевали много чего: прежде всего — корсеты. Поэтому новшество пришлось по душе зябнущему воинству, а затем и более широким слоям населения.

Упомянутый уже не раз второй «модный» персонаж Крымской войны барон Рэглан (ударение на первый слог) — титул, придуманный для сына герцога Бофора по названию старинного, давно к тому времени покинутого родового замка в Уэльсе — старший из трех. Выдвиженец и приемник Веллингтона, потерявший при Ватерлоо — еще в молодости — правую руку. Именно отсутствие руки и связанные с этим неудобства послужили, как считается, причиной изобретения знаменитого кроя плеча и рукава. Крымской кампании Реглан не пережил, умерев от холеры, косившей тогда британских военных с самого ее начала.

Младший из всех — будущий французский генерал и изобретатель знаменитых кавалерийских штанов, ставших неизменным элементом разнообразной военной формы, одежды для верховой езды и всяких стилизаций, а тогда ничем не отличившийся пока подлейтенант маркиз Гастон де Галлиффэ. Впрочем, последнее обстоятельство вскоре изменится: на этой, первой для него войне он проявит себя очень ярко, удостоившись ордена Почетного легиона. Затем будет бесконечная череда в основном колониальных войн: от «родной» почти Африки до Мексики, где с трудом удастся выжить. Не минует его, понятное дело, и война 1870 года, но это отдельная история.

Мемы, живые до сих пор

Упомянутая «атака лёгкой кавалерии» до сих пор является мемом, обозначающим безудержную храбрость в атаке кого или чего-либо чересчур малыми силами и до безрассудства глупыми, хоть и смелыми способами. В основном, конечно же, он употребляется в Великобритании, где опять же упомянутое стихотворение Теннисона включено в обязательную школьную программу, а о подвиге самой атаки лёгкой квалерийской бригады снято несколько фильмов.

...Но вышли из левиафановой пасти

Шестьсот кавалеров возвышенной страсти —

Затем, чтоб остаться в веках.

Утихло сраженье, долина дымится,

Но слава героев вовек не затмится,

Вовек не рассеется в прах.

Другой известный со времён Крымской войны мем — «тонкая красная линия», означающий очень небольшое количество сил, прикрывающий широкий фронт либо небольшое количество работников для большого объёма работы. Выражение появилось на свет в тот же день Балаклавского сражения, что и «атака лёгкой кавалерии» — 25 октября 1854 года, когда шотландский пехотный полк отразил атаку казаков построившись всего в две шеренги.

А что же в России — спросите вы? Неужели никаких «мемов» русскому языку Крымская война так и не подарила? Конечно, тоже подарила! Помните — «гладко было на бумаге, да забыли про овраги»? А это из стихотворения молодого Льва Толстого, участника сражения на речке Чёрная 16 августа 1855 года:

Долго думали, гадали,

Топографы всё писали

На большом листу.

Гладко вписано в бумаге,

Да забыли про овраги,

А по ним ходить...

Сам Лев Толстой, будущий классик русской литературы, впервые прославился как писатель в годы Крымской войны, написав первые произведения — «Севастопольские рассказы».

MYSEA: Флоренс Найтингейл — милосердная сестра

Флоренс Найтингейл в В 1849 году посетила Институт диаконис в Кайзерверте (Германия) и возвратилась в Англию с твёрдым намерением стать сестрой милосердия. В 1853 стала управляющей небольшой частной больницей на Харли-стрит в Лондоне.

В октябре 1854 года, в период Крымской кампании, Флоренс вместе с 38 помощницами, среди которых были монахини и сёстры милосердия, отправилась в полевые госпитали сначала в Скутари (ныне Шкодер в Албании, в те годы часть Османской империи, — прим.ред.), а затем в Крым.

Последовательно проводила в жизнь принципы санитарии и ухода за ранеными. В результате менее чем за шесть месяцев смертность в лазаретах снизилась с 42 до 2,2 %. В 1856 году Флоренс на свои деньги поставила на высокой горе в Крыму над Балаклавой большой крест из белого мрамора в память о солдатах, врачах и медсёстрах, погибших в Крымской войне.

Крымская война сделала Флоренс национальной героиней. Вернувшиеся с фронта солдаты рассказывали о ней легенды, называя её «леди со светильником», потому что по ночам с лампой в руках она всегда, как добрый светлый ангел, сама обходила палаты с больными.

По возвращении в Англию (1856) Найтингейл было поручено реорганизовать армейскую медицинскую службу. В 1857 году правительство выделило средства на организацию комиссии по проведению в жизнь необходимых реформ. Умерла Найтингейл в Лондоне 13 августа 1910 года в возрасте 90 лет.

От хирургии до прогноза погоды

Но не только у британцев Крымская война стала временем настоящей революции в военной медицине. В России на фронтах под Севастополем тоже появились сёстры милосердия, а свои революционные методы в лечении раненых предложил ставший знаменитым хирург Николай Пирогов. Главной его заслугой стало внедрение совершенно нового метода ухода за ранеными. Уже на первом перевязочном пункте их делили на «категории» в зависимости от тяжести ранений — одних уже было никак не спасти и надо было лишь ослабить предсмертные страдания, другим требовалась срочная операция, третьим её можно было отложить, а четвёртых даже и не оперировать а просто перевязать и отправить отлёживаться в тыл а то и обратно в бой. До этого врачи работали в суматохе, часто тратили много времени не на тех пациентов, забывая про неотложных, что приводило к чрезмерной смертности от ран. Пирогов также впервые в русской полевой медицине применил гипсовую повязку, что позволило ускорить процесс заживления переломов и избавило раненых от уродливого искривления конечностей, широко использовал и изобретённый ранее, но ещё не всем медикам известный эфирный наркоз.

Также именно в годы Крымской войны возникает практика постоянного наблюдения за погодой и первых попыток её прогноза, сначала в Европе, а затем и по всему миру. Поводом стала необычайно сильная буря 14 ноября 1854 года, нанёсшая флоту союзников такие потери, которые не мог нанести деревянный русский флот. Императора Франции Наполеон III отдал распоряжение ведущему астроному Урбену Леверье создать эффективную службу прогноза погоды, и уже 19 февраля 1855 года была создана первая погодная карта.

Ещё один атрибут быта, широко распространившийся по всему миру со времён Крымской войны — сигареты. Они были изобретены английскими и французскими солдатами в форме самокруток — привычка заворачивать крошки табака в старые газеты была скопирована солдатами у турецких товарищей по оружию.

Именно на Крымской войне впервые в отчётах военных корреспондентов с фронта стала использоваться фотография. Британец Роджер Фентон считается первым военным фотожурналистом (хотя на самом деле ещё за год до его визита на фронт там делал снимки румыно-венгерский фотограф Кароль Шатмари). За свой вклад в развитие фотографии Фентон был включен в список 100 фотографов, которые изменили мир. Обе стороны впервые активно использовали в военных целях телеграф.

Наконец, Крымскую войну называют первой, в ходе которой противник широко применял против России «информационное оружие» — уже после Синопского сражения, когда Великобритания и Франция ещё только размышляли выступить на турецкой стороне, английские газеты в отчётах о сражении уже писали, что русские достреливали в море раненых турок, не оказывая им никакой помощи. Благодаря высокому уровню грамотности населения и распространению газет в Великобритании настроения о русских зверствах быстро овладели массами.

Неужели Россия так и не смогла ответить ничем передовым с технической точки зрения кроме военно-полевой хирургии Пирогова? Смогла!

«Передовым оружием» русских в той войне, которого не было у союзников, стали морские мины, которыми впервые успешно перекрыли подступы к Санкт-Петербургу в Финском заливе. И когда британская эскадра зашла и туда — их корабли начали подрываться и нести урон. Жители Петербурга тем временем ездили любоваться на вражескую эскадру и её неудачи с побережья Финского залива. Севастопольская штатская публика ещё раньше выезжала на «пикник» — смотреть за ходом сражения на реке Альма. Правда, им пришлось потом спешно собирать в узелки недопитые бутылки и уносить ноги, так как русские сражение проиграли. Так что обычай многочисленных зевак смотреть с относительно безопасного расстояния за «кровопролитиями» — он тоже оттуда, из тех далёких времён. Впрочем — таких ли уж далёких?

R1D1: Последний ветеран Крымской войны

Ветераны Куликовской битвы обслуживаются без очереди.

© Советский анекдот

На днях, к большому своему удивлению узнал, что всего шесть лет назад, умер некто Тимофей — последний ветеран Крымской войны.

Официальная история Тимофея началась в 1854 году, когда капитан британских ВМС Джон Кортни Эверард, взял его в плен на борту португальского капера. Далее он перешел на службу британской короны, которую нес на различных судах ВМС Объединенного Королевства, выступая в роли талисмана. В том числе на 110 пушечном фрегате «HMS Queen», во время осады Севастополя в Крымской войне. А после отправился воевать за победу империализма в Восточную Индию и Китай.

В 1892 году, Тимофей вышел в отставку и поселился в замке Паудерхем, родовом поместье графа Девона. И с гордостью носил на животе «татуху» с девизом семьи Девонов: «Where have I fallen? What have I done?» (Куда я попал? Что я наделал?)

В 1926 году, владельцы замка, с целью получения героического потомства, решили «женить ветерана» и только тогда выяснилось, что отважный боевой моряк — дама. Но даже с учетом новой информации и коррекции условий, попытки спаривания результата не дали. А имя в итоге решили не менять.

Во время Второй мировой Тимоти покинул тень своей любимой глицинии и вырыл под крыльцом замка личное бомбоубежище. Леди Габриелла Кортни, тетушка нынешнего графа и хранительница знаменитой черепахи, полагала, что на сей отчаянный шаг Тимоти подвигла вибрация от бомб, падавших на соседний Эксетер. Она также утверждала, что Тимоти распознавал голоса людей и всегда приходил, когда его звали.

По словам Рори Найт-Брюса, биографа Тимоти, те немногие, кому разрешалось брать черепаху на руки, «обращались с доблестным ветераном настолько бережно, точно боялись разбить, несмотря на то что весил Тимоти как хороший чугунный котелок.

Последние годы он почти безвылазно провел в местном розарии, ежегодно впадая в спячку. На это время заботливые хозяева замка (который открыт для публичного посещения) вешали бирку со словами: «Меня зовут Тимоти. Я очень старый. Пожалуйста, не трогайте меня».

Умер 3 апреля 2004 года, в возрасте (предположительно) 165 лет. Торжественно похоронен на родовом кладбище поместья Паудерхем.

Источник: Журнал ЖЖ

Комментарии
Комментарии