История Замоскворечья

Замоскворечье — один из самых старых районов Москвы. Но заселять его жители Москвы долгое время не торопились .
История Замоскворечья

КАК РАЗВИВАЛСЯ

Замоскворечье — один из самых старых районов Москвы: правда, территорией столицы его стали считать далеко не сразу. Первое документальное упоминание о нем относится к 1365 году, тогда здесь еще существовали перелески, луга и озера (Озерковская набережная и Озерковский переулок позже получили такие названия именно поэтому) — в это время Замоскворечье было московским предместьем.

Заселять Замоскворечье жители Москвы не торопились еще довольно долгое время — с этой стороны на город обычно нападали неприятельские войска. Да и вообще у района всегда была непростая судьба: страшные наводнения, пожары, тот самый тракт, по которому везли дань в Золотую орду — обо всем этом и сейчас напоминают названия улиц: Большая и Малая Ордынка, Болотная площадь и набережная.

Именно отсюда, из Замоскворечья — от Никольской церкви на Берсеневке — в 1493 году начался один из самых масштабных пожаров за всю историю столицы. Огонь перекинулся на Кремль и практически полностью уничтожил исторические строения, выгорел Арбат, Неглинная, Сретенка, улица от Боровицких ворот до церкви Зачатия на Остоженке — словом, едва ли не половина тогдашнего города. Для того чтобы защититься от повторения стихийного бедствия, у стен Кремля вырыли ров, а все опасные строения Замоскворечья, расположенные вдоль реки, снесли — на их месте высадили Государев сад. Ворота Государева сада выходили на улицу Балчуг, на которой теперь расположен один из самых дорогих московских отелей, а когда она только появилась, название ей придумали, подцепив татарское слово «балчык» — глина, грязь.

В XV веке в Замоскворечье начали образовываться монастырские и боярские села, одним из первых появилось дворцовое село Кадашево — в Кадашевской слободе в XV-XVII веке жили ремесленники, мастерившие кадки для княжеского двора, и дворцовые ткачи. Рядом находилась слобода овчинников — нынешняя Овчинниковская набережная, слобода толмачей (переводчиков), давшая имя Большому и Малому Толмачевским переулкам, и Татарская слобода — сейчас улица Большая Татарская, которую образовали казанские торговцы. Между садовничьими слободками (теперь Садовническая набережная), в которых жили люди, ухаживающие за фруктовыми деревьями в Государевом саду, образовалась площадь, на которой построили общественные бани, а в годы правления Ивана Грозного здесь открылся первый московский кабак — правда, пить в нем дозволялось только опричникам.

На рубеже XV-XVII веков Замоскворечье быстро разрасталось: именно тогда появилась Пятницкая улица, служившая самым коротким путем от Москворецкого моста до Ленивого торга, на котором могло разместиться большое количество телег — она и стала одной из главных улиц района. В 1701 году в очередном московском пожаре погиб Государев сад и на его месте тоже началась застройка — так обособленные улицы начали сливаться в настоящее единое поселение.

КТО ЖИЛ

Состав жильцов Замоскворечья менялся вместе с развитием района: ремесленники, торговцы, стрельцы, которые несли тут караульные обязанности (оборонительная функция оставалась главной для Замоскворечья вплоть до Петровских времен). Район много раз перестраивался — после пожаров и борьбы с польскими интервентами — и подлинное свое величие обрел на рубеже XVIII-XIX веков, когда из простонародного местечка начал превращаться в обитель купцов и мещан: они располагали свои богатые усадьбы за длинными деревянными заборами, среди бесконечных садов, с видом на живописные церкви. Об этом Замоскворечье многие читали в пьесах драматурга Островского, который родился в доме на Малой Ордынке и прекрасно описывал быт и нравы района — так прекрасно, что его даже называли «Колумбом Замоскворечья».

В 1908 году в Москве произошло сильное наводнение, затопило большую часть Замоскворечья

Правда, впечатление этот район производил разное: кому-то он казался прекрасной тихой гаванью, а кто-то возмущался его сонной атмосферой и закрытостью здешнего общества. Так, например, литературный критик Белинский замечал: «Там окна занавешены занавесками, ворота — на запор, при ударе в них раздается сердитый лай цепной собаки, все мертво или, лучше сказать, сонно: дом или домишко похож на крепость, приготовившуюся выдержать долговременную осаду».

А французский поэт Готье, побывав в Замоскворечье, писал: «Набережная на другом берегу Москвы-реки, вдоль которой идут особняки и великолепные дома современной архитектуры, прямыми своими линиями создает как бы основание огромному океану домов и крыш, которые тянутся за ней до бесконечности. Нельзя представить себе ничего более прекрасного, богатого, роскошного, сказочного, чем эти купола с сияющими золотом крестами... Я долго стоял вот так, в восторженном оцепенении, погруженный в молчаливое созерцание».

И тот, и другой были правы: жизнь в Замоскворечье была немного провинциальной — здесь в порядке вещей было усесться на веранде с самоваром, и спать здесь ложились рано, когда вечер в «городе» еще был в самом разгаре. Именно в те времена Москву за рекой стали называть большой деревней.

В XIX веке в Замоскворечье уже жили не только мещане, но и интеллигенция: на Пятницкой снимал квартиру писатель Лев Толстой, в гостях у тетушки на Большой Ордынке бывал Достоевский, на Большой Якиманке жил Чехов. С этим районом столицы связаны и имена известнейших российских меценатов и предпринимателей: Демидовых, Бахрушиных, Морозовых, Рябушинских и, конечно, Третьяковых, которые купили здесь особняк, позже превратившийся в известную всему миру галерею. В XX веке в Лаврушинском переулке появился Дом писателей — в нем имели квартиры Пастернак, Ильф и Петров, Паустовский и другие литераторы.

Вообще же в XX веке Замоскворечье ожило — спокойствие постепенно испарялось со здешних улиц и уступало место новому времени с его новыми веяниями. На Пятницкой появился электротеатр «Купеческий» — один из первых синематографов Москвы, а предприниматель Яков Зоммерфельд открыл здесь диковинный по тем временам бизнес — кинофабрику «Глория»: во дворе соорудили деревянную сцену, на холстах нарисовали декорации (в кадрах старых фильмов можно заметить, как забавно их колышет ветер) и приступили к съемке кино. На этой всамделишной киностудии начинал свою карьеру в кино сам Яков Протазанов, здесь же произошел и первый большой скандал в российском кино — фильм «Драма в Москве» был запрещен цензурой в первый день показа. Словом, в XX веке Замоскворечье стало подлинным центром и никому уже не приходило в голову назвать уклад здешней жизни деревенским.

ЧТО ТЕПЕРЬ

В сравнении с другими районами Москвы архитектурный облик Замоскворечья сохранился достаточно хорошо, несмотря на то, что в XX веке многие знаковые здания были достроены (в бывших доходных домах на Пятницкой, например, появились лишние этажи), а некоторые — разрушены: в 1934-м снесли прекрасную церковь Параскевы Пятницы, от которой пошло название улицы Пятницкой — на ее месте построили станцию метро Новокузнецкая. Якиманка тоже была перестроена — она соединила Замоскворечье с центром города. Только в 60-е Пятницкая, Большая Полянка, Большая Ордынка, Новокузнецкая, расположенные в пределах Садового кольца, были признаны заповедными зонами, но реконструкция их идет и сейчас и порой вызывает крайне противоречивые мнения.

Так, пешеходная зона на Большой Ордынке, появившаяся в 2015-м скорее обрадовала москвичей: здесь появились широкие тротуары, высадили деревья, организовали велодорожки и велопарковки, обустроили исторически значимые дворы — например, тот, в котором жила поэтесса Анна Ахматова. А вот современные решения в Черниговском переулке, который расположился между несколькими старыми церквями, жителей столицы и урбанистом возмутили: асфальт в нем теперь выкрашен в белый цвет, а на протяжении всей зоны установлены деревянные скамейки-диваны. По задумке дизайнеров, это место должно было стать «тихим уголком, в котором можно посидеть с книжкой» (книжные шкафы предусмотрены) и отдохнуть, но его немедленно назвали «дорогой в ад». Впрочем, на этом изменения в районе не закончились — летом в переулках старой Москвы могут появиться качели — и это, наверняка, тоже вызовет очень неоднозначную реакцию. Впрочем, стоит помнить, что обликом Замоскворечья за всю его многовековую историю, кажется, ни один москвич не был совершенно доволен.

Источник: Йод

Комментарии
Комментарии