От первого лица: вся правда о режиме балерин

Нимфы на пуантах. Что они едят, как ухаживают за телом и сколько часов проводят у станка?
От первого лица: вся правда о режиме балерин

Специально для Allure Матильда Шнурова, основательница собственной балетной школы, расспросила об этом трех прим театра «Балет Москва».

Балет, как Пушкин, навечно вплетен в наши ДНК. Музыка Чайковского, Кармен Плисецкой, «Русские сезоны» Дягилева, «Щелкунчик» в канун Нового года... И хрупкие балерины теперь большие герои: задают тренды и красуются в глянце, чуть подвинув моделей и актрис. Нам интересно знать о них все: от количества калорий, съеденных на завтрак, до марки туши и румян, которые лежат в гримерках.

Балет – это море чувств. Но одно из них сопровождает балерин неотступно. Это чувство боли. «Справляться с ней мы учимся еще в детстве. Как? Да просто терпим!» – говорит мне Александра Киршина, солистка труппы «Балет Москва». С ней мы встречаемся в театре. Вместе с двумя другими балеринами – Евгенией Гончаровой и Юлией Овчинниковой – она исполняет главную партию в балете «Эрос. Минос». Спектакль выдвинут на премию «Золотая маска» сразу в шести номинациях. Балет поставили голландские хореографы с испанско-колумбийскими корнями Хуанхо Аркес и Аннабель Лопес Очоа. Необычное и прогрессивное прочтение древнегреческих сюжетов понравилось и критикам, и зрителям. Теперь все три балерины готовятся к выходу на главную сцену страны. В рамках фестиваля «Золотая маска» спектакль будут давать в Большом. «В классическом танце все движения выверены до сантиметра. Современный балет требует больше пластики – здесь у нас чуть больше свободы творчества», – объясняет мне Юлия Овчинникова.

Сама я занялась балетом в «пенсионном» возрасте, когда мне уже было восемнадцать. Меня вдохновила «Белоснежка» хореографа Анжелена Прельжокажа. Костюмы к этой постановке придумывал Жан-Поль Готье, и спектакль до сих пор остается одним из самых сильных моих балетных впечатлений. Балет всегда был для меня воплощением женственности, хрупкости и нежности. Но уже после первого занятия стало ясно, что это прежде всего физическая нагрузка, которая дает уникальный эстетический эффект, меняя все: осанку, походку, самоощущение. В Москве я занималась у станка три-четыре раза в неделю по несколько часов. И когда спустя пару лет переехала в Петербург, не обнаружила там ни одной школы для любителей. Так родилась идея собственной балетной студии «Айседора», куда на занятия могут приходить все, независимо от возраста и комплекции. В классах нашей школы, как в партере Мариинки, почти никогда нет свободных мест. Мода на занятия балетом не стихает уже несколько лет.

«Бабушка и мама мечтали о балетной карьере, танцую в результате я», – улыбается Евгения Гончарова. Она начала осваивать первую позицию в десять лет. «Я тоже пришла в балет в этом возрасте, – подключается к разговору Юлия. – А в четырнадцать уже хотела все бросить, нагрузки казались невыносимыми, но мама встала между мной и дверью из балетного училища». Спустя четыре года Юлия уже исполняла па-де-де из балета «Жизель» на сцене Академического театра оперы и балета в Улан-Удэ. Сложнейшая партия для юной девушки. Голубоглазая Саша оттачивает пируэты и плие с девяти лет. В элегантном кабриоле – сложном классическом ­прыжке – вместе с красным дипломом в 2012 году она выпорхнула из репетиционных залов Московского хореографического училища имени Лавровского на сцену театра «Балет Москва».

По правилам из училища балерина не имеет права выпускаться с весом больше 50 килограммов – это критический барьер. Поднимая Одиллию в более тяжелом весе, партнер рискует здоровьем. Тело всегда должно быть настроено и подтянуто, как струны первой скрипки. «Мы подписываем контракт, когда устраиваемся на работу, – говорит Евгения Гончарова. – И в нем есть обязательство ­поддерживать себя в профессиональной физической форме, то есть не толстеть. О фиксированном весе речь не идет, но когда мы поправляемся, нам сразу делают строгое замечание».

Юля вспоминает свою историю: «Это было сразу после училища. Меня захлестнул дух свободы, и я начала есть все подряд. Очень сильно поправилась. Выпускалась с весом 42 килограмма при росте 161 сантиметр, а на работу устраивалась со страшной цифрой 49 на весах. Пришлось принять экстренные меры: не ела после шести вечера, сидела на яблоках и кефире. Через два месяца вернулась в форму».

Сложно представить, что при таких колоссальных физических нагрузках можно набрать лишний вес. Каждая из балерин выработала свою систему питания. На диетах в привычном понимании они не сидят, не считают калории. «Можем позволить себе и фастфуд, и сладкое», «Я сладкоежка, обязательно ем пирожное или шоколад в обед», «Могу на ужин съесть пельмени», – посыпались смелые признания. Я изумленно смотрю на их точеные фигуры, и Евгения объясняет: «На прыжках все сжигается!»

Но определенный график питания все же есть: завтрак в 9:30 утра, за полтора часа до начала репетиций в театре. Балерины предпочитают бутерброды с красной рыбой на ржаном хлебе, кашу, творог или мюсли с молоком. Обедают между репетициями в театральной столовой, выбирают рыбу и салат, а вечером стараются съесть суп. В перерывах пьют зеленый чай, кофе.

К станку девушки встают шесть раз в неделю, один день отдыхают. В одиннадцать утра урок классического танца, он длится полтора часа. Это комплекс упражнений, необходимый для всех артистов балета, на него приходят в репетиционной одежде и разогретыми, после чего начинаются прогоны по репертуару. «Рабочий день у нас длится семь часов, – рассказывает Александра Киршина. – Репетиции – не дольше полутора часов, между ними перерыв пятнадцать-двадцать минут. Но если готовим спектакль к выпуску, можем провести на сцене и четыре часа подряд. Нагрузки на работе мне хватает, поэтому дома я не занимаюсь».

А как же йога, пилатес, модные занятия на ре-формере? «Эти виды нагрузок накачивают другие группы мышц, что нежелательно для профессиональных балерин. Плюс на это нет времени и сил», – вздыхают все три. Охотно верю. Если бы сама не занималась регулярно балетом (а помимо этого растяжкой и силовыми упражнениями в зале), не смогла бы представить, какие нечеловеческие нагрузки ложатся на эти хрупкие плечи. «Профес­сиональные» проблемы балерин со здоровьем – больная спина, мозоли и сбитые косточки на пальцах ног. «Из‑за болей в спине мне пришлось взять отпуск и на полгода уйти из балета, – говорит Юлия. – Восстановиться помогли регулярные занятия в тренажерном зале. Я тогда так увлеклась, что успела получить образование фитнес-тренера. Cейчас все пришло в норму, и я репетирую главную партию в балете «Дюймовочка».

«Не поверите, но нам нельзя увлажнять кожу ног. О креме для них мы давно забыли. Если кожа слишком нежная, то на ней легче появляются новые мозоли, – объясняет Женя. – За всю свою жизнь я ходила на педикюр один раз, никому не доверяю свои ноги: боюсь, что срежут лишнее, и я потом не смогу работать».

Когда пальцы ног стираются в кровь, в ход идут дезинфицирующая мазь, гелевые накладки, снимающие боль, пластыри. В сумке у каждой балерины есть мази «Никофлекс» и «Бенгей». Справиться с болью в мышцах после репетиций помогают горячая ванна с морской солью и массаж. «Но все не так страшно, как это может показаться со стороны, – улыбается Юлия Овчинникова. – Я танцую по шесть часов в день, а моя ближайшая подруга – звезда Венской оперы – по десять. Так вот, никто из нас пуанты вместе с ногтями не снимает, как это было показано в фильме «Черный лебедь». Мы с ней очень удивились, когда увидели это на экране».

Балерины редко садятся в гримерное кресло. У каждой – свой набор проверенных средств: тушь M.A.C, мерцающие румяна Chanel, пудра, сыворотки и кремы Clinique. Все любят увлажняющий крем для тела The Body Shop, «особенно с запахом малины», и ежедневно используют кокосовое масло после ванны. На съемку героини принесли свои пуанты. Это больше чем сценическая обувь. Для них это вторая кожа. Балерины сами бережно натирают их зубным порошком, обшивают носок нитками, чтобы не скользили по паркету. Двух-трех пар хватает на год. Как только вокруг ног завязаны ленты, происходит чудо. Все три превращаются в полупрозрачных нимф. Я вспоминаю слова великой Анны Павловой: «Способный терпеть способен добиваться всего, чего хочет. От всякой боли средство есть – терпение». Они привыкли терпеть, но о боли, сбитых в кровь пальцах, сведенных мышцах забывают с первыми аккордами музыки. Взмах руки, поворот корпуса, первая позиция, улыбка – и начинается все это волшебство под названием «балет».

Источник: allure.ru

Комментарии
Комментарии