«Огненный таран» Николая Гастелло

Про «огненный таран» Николая Гастелло в СССР знал каждый, фамилия героя стала нарицательной.
«Огненный таран» Николая Гастелло

Однако позже подвиг Гастелло начали оспаривать. Сегодня уже не просто узнать, что на самом деле произошло 26 июня 1941 года на дороге Молодечно-Радошковичи.

26 июня 1941 года

В один из первых дней войны, 26 июня 1941 года, эскадрилья 207-го дальнебомбардировочного авиационного полка под командованием капитана Николая Гастелло вылетела для нанесения удара по немецким боевым колоннам, двигавшимся в Минск.

Бомбардировщики настигли немцев в районе шоссе Молодечно-Радошковичи. Сбросив высоту до 600-800 метров, они атаковали противника с нижних пулемётных установок. Самолёты уже разворачивались в сторону аэродрома, как один из них был подбит зенитным снарядом и загорелся. Сбить пламя не удавалось, до своих было не дотянуть.

Теряя высоту, «Ил-4» неожиданно развернулся и врезался в колонну противника.

Так был совершен легендарный «огненный таран» или таран наземной цели Гастелло, который стал образцом героизма и самопожертвования.

Экипаж бомбардировщика погиб. Прибывшие на аэродром из звена Гастелло, лейтенанты Воробьев и Рыбас подали рапорт, в котором изложили все произошедшее. Капитан Гастелло получил посмертно звание Героя Советского Союза, а 10 июля 1941 года газета «Правда» прославила этот подвиг на всю страну.

«Огненный экипаж»

Из посмертного наградного листа капитана Николая Францевича Гастелло: «Получив прямое попадание, объятый пламенем самолёт не мог уйти на свою базу, но в этот тяжелый момент капитан Гастелло и его мужественный экипаж были заняты мыслью не допустить врага на родную землю. Капитан Гастелло развернулся на горящем самолёте и повёл его в самую гущу танков. Столб огня объял пламенем танки и фашистские экипажи».

Такова официальная версия подвига Гастелло, к которой остаётся только добавить, что неназванными членами экипажа были: штурман лейтенант Анатолий Бурденюк, стрелок-радист старший сержант Алексей Калинин и стрелок-лейтенант Григорий Скоробогатый.

Долгое время о них практически не вспоминали, и посмертной награды они удостоились лишь спустя 17 лет, в 1958 году.

Сам Николай Гастелло, по словам его сына Виктора, считал боевую дружбу и взаимовыручку главным в бою.

Самым молодым из экипажа был штурман Анатолий Бурденюк, к началу войны ему только исполнилось девятнадцать. Под командование Гастелло он попал в апреле 1941 года в качестве летчика-наблюдателя – отправили, чтобы молодой авиатор опыта набрался. Впоследствии Виктор Гастелло вспоминал о Бурденюке:

«Анатолий любил жизнь, спешил жить, ему казалось, что время тянется очень медленно».

Алексей Калинин, в отличие от Бурденюка, был штатным стрелком-радистом в экипаже Николая Францевича. По воспоминаниям Виктора Гастелло, его отец отзывался о нем: «надежный, грамотный паренек, с которым в полёте есть полная уверенность».

Молодой, недавно женившийся стрелок-лейтенант Григорий Скоробогатый попал в экипаж Гастелло утром 26 июня 1941 года. Его письмо, адресованное жене, было найдено среди обломков «ДБ-Зф» в Мацковском болоте.

207-й дальнебомбардировочный

На самом деле, история каждого экипажа 207-го дальнебомбардировочного полка 3-его дальнебомбардировочного авиационного корпуса была по-своему героической.

Его лётчики стали участниками Великой Отечественной с первого дня войны. И первые же сражения обернулись для них большими потерями. Бомбардировщики летали без истребительского прикрытия. Тяжелые «ДБ-Зф», предназначенные для бомбардировки крупных объектов в тылу, были уязвимы для танковых колонн на небольшой высоте. По некоторым данным, потери доходили до 15 погибших экипажей в день.

Уже 24 июня оставшиеся лётчики и самолёты полка были объединены в две эскадрильи. Командиром 2-й стал капитан Николай Францевич Гастелло, опытный лётчик, у которого за плечами были сражения за Халхин-Гол и Советско-финская война.

Эксгумация 1951 года

Единственные очевидцы «огненного тарана» Гастелло – лейтенанты Фёдор Воробьёв и Анатолий Рыбас, вскоре последовали за своим командиром. Воробьев погиб 23 августа в районе города Орёл при возвращении с боевого задания, а Рыбаса подбили «мессершмитты» 15 ноября 1941 года. После их гибели история легендарного тарана начала обрастать новыми подробностями.

Началось все, как всегда, с благих намерений. В 1951 году, в канун десятилетнего юбилея подвига Гастелло, было решено провести эксгумацию героя СССР и его экипажа для последующего торжественного захоронения. Но на месте предполагаемой могилы Гастелло нашли останки и вещи его сослуживца – командира 1-й эскадрильи 207-го полка, капитана Александра Маслова и стрелка-радиста Григория Реутова.

При дальнейшем разбирательстве выяснилось, что на том месте, где, как предполагали, Гастелло протаранил немецкую колонну, разбился экипаж Маслова, до этого считавшийся пропавшим без вести. Причём пропал он в тот же день, когда был совершён подвиг Гастелло.

Затем недалеко от гибели Маслова, в Мацковском болоте был найден ещё один самолёт. В нём находился один обгоревший труп с письмом на имя Скоробогатой и бирка от двигателя – «М-87Б» с номером 87844, идентифицируемая как часть разбитого бомбардировщика Гастелло. Тогда об этом умолчали, а на месте гибели бомбардировщика Маслова поставили бюст Гастелло. И до перестройки все благополучно об этом забыли.

Новые версии

1990-е годы подняли тайну Гастелло вместе с другими «секретами» Советского Союза. Автором новой версии стал майор в отставке Эдуард Харитонов, который предположил, что Александр Маслов был тем, кто совершил «огненный таран», поскольку были найдены останки именно его экипажа.

В 1996 году Маслов и члены его команды были посмертно награждены званием Героев Российской Федерации, а во многих городах появились улицы с их именами. Впрочем, в формулировке награждения 1996 года не было ни слова о том, что именно Александр Маслов совершил таран.

По очередным версиям, огненный таран не удалось совершить ни одному экипажу.

Александр Маслов, попытавшийся протаранить на горящем самолёте вражескую колонну, промахнулся и разбился в поле, в 200 метрах от дороги. Вылетевший позже Гастелло, по некоторым предположениям, попытался направить подбитый бомбардировщик на позиции врага в деревне Мацки, но «Ил-4» не дотянул и рухнул недалеко от цели, в Мацковское болото, где впоследствии и был найден.

Что касается рапортов Воробьёва и Рыбаса, то их достоверность ставится под сомнение. Во-первых, оригиналы рапортов были утеряны, во-вторых, сторонники альтернативных версий утверждают, что покинувшие бой летчики могли и не видеть тарана, связав его с дымом от крушения самолёта. Ни опровергнуть, ни подтвердить эти версии невозможно, последние свидетели погибли в 1941 году.

Достоверные факты

Недостаток фактов и вещественных доказательств сыграли с подвигом Гастелло злую шутку. Это были первые дни войны – некогда было возиться с бумагами, собирать показания свидетелей, вести архив. Итог – утеря почти всех сведений о произошедшем. Оставшиеся факты говорят не так уж и много, но достаточно, чтобы убрать все сомнения о подвиге раз и навсегда:

26 июня 1941 года оба экипажа Гастелло и Маслова в разное время вылетели на бомбардировку немецкой колонны на «ДБ-3ф» - с самого начала плохо подходивших для противостояния танкам и зениткам на небольшой высоте. Истребительского прикрытия не было – риск был изначально высоким. Оба экипажа погибли при выполнении боевого задания. Из двух найденных останков достоверно идентифицирован только экипаж Маслова.

По мнению большинства исследователей, в том числе и полковника в отставке, Виктора Гастелло, отсутствие останков Николая Францевича является еще одним доказательством, что он совершил огненный таран, поскольку взрыв колонны с бензином и боеприпасами уничтожил все доказательства.

Источник: Русская Семерка

Комментарии
Комментарии