Дом писателей в Лаврушинском переулке

Идея строительства дома, который объединит лучших литераторов страны, возникла у Максима Горького — он поделился ею со Сталиным.
Дом писателей в Лаврушинском переулке

КАК ПОСТРОИЛИ

Дом под номером 17 в Лаврушинском переулке, прямо напротив Третьяковской галереи, и сейчас заметен издалека: это восьмиэтажное серое здание с массивными балконами, окнами-эркерами и черным мраморным крыльцом. Так же монументально оно выглядело и в 1937-м, в год сдачи первой очереди дома, тогда это была самая высокая постройка Замоскворечья.

Идея строительства дома, который объединит под своей крышей лучших литераторов страны, возникла у Максима Горького — он поделился ею на встрече со Сталиным, и вскоре тот отдал приказ возвести здание для тех, кто участвует своим творчеством «в борьбе за построение коммунизма, за социальный прогресс, за мир и дружбу между народами». Масштабную стройку начали в 1934-м, архитектором стал Иван Николаев, к тому времени уже давно занимавшийся важными градостроительными проектами: именно он прорубил две улицы — Садовнический проезд и Новокузнецкую, чтобы продолжить Бульварное кольцо в Замоскворечье.

Дом писателей должен был стать образцовым по всем параметрам: классическая постройка в духе сталинского ампира, пафосные парадные подъезды, собственные столовая, поликлиника и детский сад. Планировка квартир позволяла держать в доме прислугу, а техническое оснащение помещений предполагало все возможные по тем временам удобства — газовая плита, ванная, холодильник и телефон.

Будущие обладатели квартир стали пайщиками в кооперативе: двухкомнатная квартира для них стоила около 8000 рублей, пятикомнатная — около 20000 (средняя зарплата по стране при этом составляла около 200 рублей), но многие, разумеется, оказались не в состоянии заплатить такие суммы.

Так в Союз писателей пачками начали приходить заявления с просьбами о материальной помощи: говорят, что литературные работники так убедительно описывали свое бедственное положение, что отказать им было просто невозможно.

Первую очередь дома сдали спустя три года после начала строительства — в 1937-м: в ней было 19 двухкомнатных квартир, 38 трехкомнатных, 15 четырехкомнатных и 5 — пятикомнатных. Однако первые заселившиеся жильцы оказались не слишком довольны: в доме обнаружилось множество недоработок — не было балконов, рассохлись двери и оконные рамы — окончательно закончили строительство только после Великой Отечественной войны, тогда же появился в доме и дополнительный, «привилегированный» корпус для тех, чьи книги были поставлены на службу советскому государству. Для самых ценных писателей быт организовали еще лучше: в их подъездах были черные лестницы для домработниц и лифты.

КТО ЖИЛ

Заполучить квартиру в Лаврушинском было непростой задачей: состоять в Союзе писателей и издаваться оказалось необходимым условием, но недостаточным — борьба за жилые метры началась еще тогда, когда в доме не было даже фундамента, и продолжалась до тех пор, пока жильцы не переступили порог своих квартир. По слухам, счастливцы, получившие ключи, даже пытались пробраться в дом за день до заселения — боялись, что под покровом ночи жилье самовольно «захватят» те, кто не смог получить его законным способом.

Квартиры, кстати, распределялись здесь по негласному правилу «чем больше писатель, тем больше жилплощадь». Правда, из-за того, что в некоторых случаях учитывался не столько литературный талант, сколько умение написать «правильные» для советского времени строчки, имена части жильцов престижного дома сегодняшнему читателю ничего не скажут. Однако, даже за вычетом этих имен, список обитателей Лаврушинского переулка, поражает до сих пор: здесь жили Агния Барто, Илья Ильф и Евгений Петров, Константин Паустовский, Пастернак, Илья Эренбург, Виктор Шкловский, Лев Кассиль, Михаил Пришвин, Валентин Катаев, Вениамин Каверин, Антон Макаренко, Юрий Олеша, Вера Инбер, Лев Ошанин и многие другие.

А вот Михаилу Булгакову, желавшему получить в этом доме квартиру, советские чиновники отказали — по иронии судьбы, в Лаврушинском поселился злейший враг писателя, критик и глава Комитета по контролю за зрелищами и репертуаром Осаф Литовский. Именно он запрещал булгаковские пьесы к постановке в московских театрах и именно его Булгаков потом вывел в своем романе «Мастер и Маргарита».

«Дом писателя» фигурирует в нем как «Дом Драмлита», а Литовский — как погубивший Мастера отвратительный критик Латунский, чью квартиру крушит Маргарита: «В конце его ее внимание привлекла роскошная громада восьмиэтажного, видимо, только что построенного дома. Маргарита ... увидела, что фасад дома выложен черным мрамором, что двери широкие, что за стеклом их виднеется фуражка с золотым галуном и пуговицы швейцара и что над дверьми золотом выведена надпись: «Дом Драмлита».

Вид с крыши Дома писателей, 1956 год

ЧТО БЫЛО

Пожить спокойной жизнью, с походами в гости к соседям и литературными вечеринками, жители знаменитого дома не успели: уже в момент заселения в 1937-м начались сталинские репрессии, аресты и обыски. Каждое лишнее слово, сказанное в коридорах, могло дорого обойтись: нескольких жителей забрали прямо из дома и расстреляли, некоторые просто исчезли — в их квартирах появились другие люди. В квартире писателя Шкловского в самые тяжелые времена находили приют многие репрессированные, а во дворе шептались о судьбе соседки, арестованной по странному делу — ею была знаменитая советская певица Лидия Русланова, чей голос еще недавно звучал на всю страну.

Нелегко приходилось жителям знаменитого дома и в годы Великой Отечественной войны: когда начались бомбардировки Москвы, писатели ночами по очереди дежурили на крыше и боролись с попадавшими на нее зажигательными бомбами. «В одну из ночей, — писал позже Борис Пастернак — как раз в мое дежурство, в наш дом попали две фугасные бомбы. Дом 12-этажный, с четырьмя подъездами. Разрушило пять квартир в одном из подъездов и половину надворного флигеля. Меня все эти опасности и пугали, и опьяняли». Именно об этом доме, во дворе которого в мирное время его часто видели в калошах и с мусорным ведром, Пастернак написал потом знаменитое стихотворение «Дом высился, как каланча...», и именно здесь был создан роман «Доктор Живаго», принесший автору Нобелевскую премию.

Впрочем, достаточно было в доме и бытовых драм: говорят, что здесь случилось немало самоубийств из-за несчастной любви — покончил с собой сын писателя Константина Паустовского и сын поэта Яшина, не смогла простить измены и шагнула из окна жена поэта Льва Ошанина — словом, жизнь порой оказывалась еще эффектнее литературы.

В 60-е годы состав жильцов дома начал меняться: в это время тут жили уже не только литераторы — квартиры получали чиновники, часть из них позже была выставлена на продажу и куплена теми, кто не имеет никакого отношения к сфере искусства. Но и сегодня дом считается крайне престижным и пользуется большой популярностью у тех, кто может себе это позволить: самая дешевая трехкомнатная квартира в нем сейчас выставляется на продажу за 50 миллионов рублей.

Источник: Йод

Комментарии
Комментарии