История усадьбы Апраксина-Трубецких

Как дом в стиле барокко породил фамилию Трубецкие-комод.
История усадьбы Апраксина-Трубецких

КАК ПОСТРОИЛИ

Единственное сохранившееся в Москве до наших дней здание в стиле позднего барокко — одно из самых красивых на Покровке, но это сегодня, а в конце XVIII века эффектная усадьба быстро перестала быть модной.

Именитый граф Матвей Апраксин, внук сподвижника императора Петра I и в то время подпоручик лейб-гвардии Измайловского полка, решил построить свой дом в 1766 году — увы, имя архитектора этого проекта в веках не сохранилось. Историки архитектуры приписывают его ученикам знаменитого архитектора итальянского происхождения Бартоломео Растрелли, чье творчество даже дало название целой ветви барокко — «растреллиевское» (его также называют и «елизаветинским» — в честь императрицы Елизаветы I из династии Романовых).

Правда, большинство сооружений Растрелли находится в Санкт-Петербурге — это и Большой Петергофский дворец, и Андреевская церковь, и Смольный собор, и Зимний дворец, но усадьба Апраксина в Москве очень уж напоминает эти величественные здания — и архитектурными деталями, и даже цветом фасада. Вероятно, руку к этому проекту мог приложить один из лучших учеников Растрелли Дмитрий Ухтомский — тем более, что его подписи были обнаружены в планах дворовых построек — к тому времени он уже строил в Москве и храмы, и усадьбы для известных князей.

Ко времени возведения дворца Апраксина барокко уже вышел из моды, на смену ему пришел классицизм, и потому так называемый «пышный» дом с его изящной лепниной и барельефами, оригинальными круглыми окнами и колоннами не произвел в Москве такого уж фурора — ценность этого архитектурного шедевра осознали намного позже. Вероятно, именно поэтому заказчик усадьбы граф Матвей Апраксин владел своим шикарным домом на Покровке недолго: не попавший в модные тенденции дворец он в 1772 году продал князю Дмитрию Трубецкому, принадлежащему к к древнему и прославленному роду — именно с этой семьей и связана большая часть истории этого здания.

Новый хозяин переехал в усадьбу из своего кремлевского дома — перенесли в новое владение и домовую церковь Благовещения. По указанию Трубецкого также надстроили усадебные флигели вторым этажом, а в 1783-м возвели новый корпус с конюшней — так образовался замкнутый двор усадьбы. Тогда же дом, который многие находили похожим на шкаф, получил у московских обывателей обидное прозвище «дом-комод», а дабы отличать проживающих здесь Трубецких от других однофамильцев, их стали называть «Трубецкие-комод». Впрочем, хозяева, кажется, не слишком обижались и переделать дом в соответствии с модными веяниями так и не решились: их вполне устраивали слухи о причастности к строительству легендарного Растрелли.

КТО ЖИЛ

Почти целый век этот дворец принадлежал потомкам князя Дмитрия Трубецкого, который, к слову, был прадедом Льва Толстого. Именно в этом доме познакомились и договорились о заключении брака княжна Мария Волконская (внучка Трубецкого) и граф Николай Толстой, которые позже стали родителями великого писателя. В стенах «комода» вообще побывало немало известных личностей — причем не только уже забытые представители тогдашнего московского высшего света, но и те, чьи имена мы знаем до сих пор: так, например, сюда привозили учиться танцам будущего поэта, маленького Сашу Пушкина, а позже он, уже будучи любимцем женщин, блистал тут на балах. Не раз гостил в доме Трубецких и поэт Федор Тютчев. В XIX веке усадьба вообще была одним из самых известных домов Москвы: здесь устраивались пышные балы и приемы, и попасть на вечер к Трубецким значило доказать свою принадлежность к лучшим людям этого города. А когда семейство на лето уезжало в свою загородную резиденцию Знаменское-Садки, дом сдавался — и тоже далеко не первому встречному: среди его знаменитых квартирантов был, например, ученый, создатель известной всему миру системы химических элементов Дмитрий Менделев.

ЧТО БЫЛО

В 1812 году, когда в Москве бушевал страшный пожар, все остальные здания в стиле барокко, которых и без того было немного, оказались уничтожены огнем — единственным выстоявшим строением стала усадьба Трубецких. Однако, дом все равно сильно пострадал, и все внутреннее убранство было утрачено — восстанавливая интерьеры, их оформили уже в главенствующем в ту пору стиле классицизма. К середине XIX века усадьбу уже занимали не только члены именитого семейства — она постепенно превращалась в доходный дом: во флигелях обустроили квартиры, которые сдавались жильцам. В 1861-м усадьбу и вовсе продали государству, и в ней обосновалась IV Московская мужская гимназия, переведенная сюда из не менее известного строения — дома Пашкова.

Интерьеры переделали — они стали куда скромнее, а комнаты были приспособлены под учебные помещения и пансион, в котором жили воспитанники. Гимназия существовала в доме больше полувека, и многие ее выходцы стали известными людьми — не только в России, но и в мире: арифметикой и правописанием тут занимались создатель аэродинамики как науки, отец российской авиации Николай Жуковский, филолог и лингвист, работавший позже в лучших европейских университетах Алексей Шахматов, писатель Алексей Ремизов, философ Владимир Соловьев, режиссер, реформатор театра Константин Станиславский и многие другие.

После революции, в 1917 году, гимназию закрыли, печальная судьба ждала и действующую больше века придомовую церковь — дом разделили на десятки коммунальных квартир, в которых поселили рабочих, также в нем находились и так называемые «конторы», занимающиеся разными бюрократическими вещами. В годы гражданской войны большую часть старинных интерьеров уничтожили: дорогую мебель и деревянные элементы оформления просто жгли для того чтобы обогреть помещения. В 30-е годы тут организовали общежитие студентов Московского института инженеров транспорта, в 40-е в бывшей усадьбе работал Дом пионеров и школьников, и лишь в 60-е коммуналки окончательно расселили, организации закрыли, и здание передали Всесоюзному научно-исследовательскому институту геофизики — в это же время отреставрировали фасады, вернув им исторический облик. Однако сегодня в знаменитом дворце, увы, находятся коммерческие офисы — и они, безусловно, портят облик архитектурного шедевра, который существует в Москве уже 247 лет.

Источник: Йод

Комментарии
Комментарии