Подвергались ли сторонней редакции публикуемые стихи Пушкина при его жизни?

Да, при жизни Пушкина его поэтические и прозаические тексты не раз подвергались стороннему вмешательству, которое далеко не исчерпывалось редакторскими или издательскими поправками.
Подвергались ли сторонней редакции публикуемые стихи Пушкина при его жизни?

АЛИНА БОДРОВА

к.ф.н., научный сотрудник Пушкинского дома

Важнейшей инстанцией, через которую проходили все предназначавшиеся для печати сочинения Пушкина, была цензура, а цензоры, в свою очередь, могли не разрешить как текст целиком, так и какой-то его фрагмент или же заставить автора изменить какие-то выражения, эпизоды, а иногда и всю структуру текста. Но в случае с цензурным вмешательством последнее слово все-таки было за автором, который пытался приспособить текст к требованиям цензуры или же мог вовсе отказаться от его публикации, а были и случаи «бесконтрольного» вмешательства в авторский текст, впрочем, это в большей степени касалось не печатных публикаций, а рукописного распространения неподцензурных текстов. В них переписчики часто вносили исправления «от себя» — не разобрав почерк, не поняв смысла, решив, что в автографе или предыдущем списке ошибка…

Со всеми этими типами исправлений, вмешательств и искажений в прижизненных публикациях Пушкина и списках его стихотворений приходится разбираться текстологам и исследователям, и тут дело еще осложняется тем, что в некоторых случаях Пушкин принимал чужое исправление или новый, цензурный вариант, то есть авторизовал это чужое или вынужденное решение.

Например, известно, что при первой публикации поэмы «Кавказский пленник» (1822), которую в отсутствие автора в Петербурге, готовил Николай Гнедич, в рукопись Пушкина, присланную с Юга, Василий Жуковский и сам Гнедич внесли несколько поправок, чтобы «Посвящение» к поэме звучало менее вызывающе и не так откровенно намекало на ссылку автора. Например, у Пушкина в рукописи было «Тебе я посвятил изгнанной лиры пенье», а Гнедич поправил на «пустынной лиры пенье» – и в последующих прижизненных изданиях сам Пушкин печатал уже вариант Гнедича, а не свой первоначальный. Иногда Пушкин разрешал своим редакторам вносить правку на их вкус – тому же Гнедичу Пушкин разрешил поставить любой эпитет в строках «Какой угодно поцелуй разлуки / Союз любви запечатлел», когда «Долгий поцелуй разлуки» запретила цензура. Правда, в более поздних изданиях Пушкин потом вернулся к своему варианту, предпочтя свой «долгий поцелуй» «горькому поцелую разлуки», поставленному Гнедичем.

Но гораздо сложнее приходилось Пушкину, когда в роли цензора выступал не просто чиновник соответствующего комитета, но сам государь император Николай Павлович, чьи поправки и предложения Пушкину неоднократно пришлось учитывать. Так, Николай I «своеручно» отметил два стиха в «Графе Нулине», сочтя их неприличными к печати: «Порою с барином шалит» (о служанке Параше) и «Коснутся хочет одеяла» (о графе Нулине в кульминационной сцене), — в издании Пушкин оба их переделал. Правда, другая замена в печатном тексте «Графа Нулина» по сравнению с беловым автографом «Щипцы с пружиною, будильник» вместо «Щипцы с пружиною, урыльник [т.е. ночной горшок]», которая в воспоминаниях Александры Смирновой-Россет тоже приписана вмешательству Николая Павловича, документами, к сожалению, не подтверждается.

Источник: thequestion.ru

Комментарии
Комментарии