Белая эмиграция в Тунисе

Как беженцы из советской России обосновались в Тунисе.
Белая эмиграция в Тунисе

Недавно Diletant. media писал о том, как складывались судьбы эмигрантов первой волны в Египте (Белая эмиграция в Египте). Продолжая тему русского присутствия в странах арабо-мусульманского мира, Владимир Соколов рассказывает о том, как беженцы из советской России обосновались в другой североафриканской стране — Тунисе.

Эта страница истории русских диаспор тесно связана с военной эскадрой, которая после победы красных в Крыму была вынуждена удалиться в изгнание в порт Бизерты на севере Туниса.

Поздней осенью 1920 года, когда сопротивление Добровольческой армии юга России было сломлено, десятки тысяч человек сели на 132 корабля Черноморского флота и отплыли из Севастополя, Керчи, Феодосии и Ялты. Командующим был вице-адмирал Михаил Александрович Кедров. Флагманом эскадры стал линкор «Георгий Победоносец». По некоторым данным, корабли взяли на борт до 140 тысяч человек. Однако в отличие от бежавших из Новороссийска, в жизни этих людей было больше определённости. Дело в том, что Тунис в те годы находился под протекторатом Франции, поэтому эвакуация была заранее спланирована и согласована с французским правительством.

Перед тем, как эскадра покинула крымские порты, главнокомандующий Пётр Николаевич Врангель издал приказ, в котором содержались такие жизнеутверждающие слова: «Славный Черноморский флот! После трёхлетней доблестной борьбы русская армия и флот вынуждены оставить родную землю. … Флот уходит в Бизерту — северное побережье Африки… Русские солдаты и моряки, боровшиеся вместе за счастье Родины, временно разлучены. Провожая вас, орлы русского флота, шлю вам мой сердечный привет. Твёрдо верю, что красный туман, застлавший нашу Родину, рассеется, и Господь сподобит нас послужить ещё матушке-России…».

В порту Бизерты от имени правительства Франции прибывших поприветствовал генерал Анри Филипп Петен. Местные жители отнеслись скептически к такому наплыву беженцев из далёкой северной страны. Об этом свидетельствуют сообщения прессы. Так, газета «Французский Тунис» в конце 1920 года писала: «С какой наивностью [французское] правительство выбросило миллиарды франков, снабжая [русских] генералов и их так называемые контрреволюционные войска всем необходимым, а эти генералы и эти войска фактически нигде не устояли против красных армий».

Командование эскадрой на подлодке «Тюлень» в порту Бизерты в 1921 году

Первое время флот был реальной опорой для эмигрантов: в медицинском, образовательном и духовном плане. На «Георгии Победоносце» была церковь. Здесь же организовали школу, в которой учились около 60 детей, и Морской корпус. За время существования в корпусе было пять выпусков. Учащиеся и выпускники вели техническое обслуживание кораблей эскадры. Преподавателями становились в основном морские офицеры, имевшие достаточно высокий уровень образования.

Было на эскадре и своё периодическое издание — «Морской сборник», — печатавшийся в типографии, которой также располагали моряки. Что касается медицины, то, как и в Египте, услуги русских врачей были востребованы не только среди самих эмигрантов, но и среди местных жителей. Медики работали в военном лазарете в Карубе и в организованном силами Красного креста госпитале в лагере Руми.

Однако постепенно коллектив флота размывался: люди уходили вглубь страны. Всеславянский календарь, изданный в Праге в 1926 году, говорил о нескольких десятках русских населённых пунктов в Тунисе. Здесь переселенцы обзаводились подсобным хозяйством: занимались по большей части птицеводством. Житель одного из таких местечек оставил идиллическое описание окрестностей: «Под откосом горы… русский говор, русская песня. Там деревня «Сфаятская». С десяток белых избушек «мазанок» с черепичной крышей. По дворам бродят жирные гуси, утки плещутся у корыта, пёстрые куры водят жёлтых цыплят, золотые петухи с красной бородкою выкрикивают часы по солнцу».

Трудно сказать, чем это объясняется, но русские также очень быстро заняли нишу землемерия и топографии, работая на французских фермеров. Немногим образованным и энергичным русским эмигрантам удалось переехать во Францию, Бельгию и Чехословакию.

В конце 1924 года Франция признала СССР, и советские власти потребовали вернуть эскадру на родину. Была создана Комиссия по подготовке к возвращению судов на Чёрное море. Вскоре в Бизерту прибыла группа советских специалистов во главе с известным кораблестроителем А. Н. Крыловым и военно-морским атташе СССР в Великобритании Е. А. Беренсом (родным братом М. А. Беренса, командующего русской эскадрой в Бизерте с 1921 года). После проведения инспекции и учёта был составлен список судов, которые должны были вернуться в СССР. Но из-за поднявшегося международного скандала Франция не выполнила договоренности по флоту в полном объёме: некоторые корабли, в том числе «Георгий Победоносец», так и остались гнить в порту Бизерты.

Флагман Русской эскадры линкор «Георгий Победоносец», так и не вернувшийся на родину, превратился в груду металлолома в порту Бизерты

За 10 лет почти вся эскадра была распродана на металлолом. Последним проданным судном русской эскадры стал дредноут «Генерал Алексеев», орудия которого, к слову, ещё успели послужить на береговых укреплениях Франции во Второй мировой войне.

После спуска Андреевского флага с эскадры судьбы русских бизертцев складывались по-разному. Так, мичман Иван Дмитриевич Богданов, будучи водителем в Париже, старался сохранять верность русскому флоту, возглавив Объединение гардемарин, кадетов и охотников флота. Вице-адмирал Михаил Александрович Кедров был начальником Военно-морского союза и преподавал в Высшем техническом институте в Париже. Адмирал Алексей Михайлович Герасимов остался в Тунисе и выступил с инициативой по сооружению памятника Русской эскадре в Бизерте.

Долгие годы старейшиной русской общины в Тунисе была Анастасия Александровна Ширинская-Манштейн — женщина с уникальной судьбой. Приехав в Бизерту в 8-летнем возрасте, она всю свою жизнь посвятила сохранению памяти о Русской эскадре и её моряках. 70 лет Ширинская-Манштейн прожила с Нансеновским паспортом, и лишь в 1997 году президент России пожаловал ей гражданство.

«Я ждала русского гражданства. Советское не хотела. Потом ждала, когда паспорт будет с двуглавым орлом — посольство предлагало с гербом интернационала, я дождалась с орлом. Такая я упрямая старуха» — говорила она. В 2009 году на 98-м году жизни Анастасия Александровна Ширинская скончалась.

Сегодня о русской эмиграции напоминает церковь, построенная в 1937—1938 годах в Бизерте в память о Русской эскадре, которая и по сей день на месте. Она расположена по адресу: Eglise Russe, rue d’Espagne prolongee, Bizerte, Tunisie, N-Afrique. Есть интересное свидетельство туристов, что на улицах Бизерты они встретили солдат, поющих русскую песню. Выяснилось, что когда-то этим отрядом командовал бывший царский офицер, он-то и научил их строевой песне. Кроме того, сохранилось христианское кладбище с более чем 400 захоронениями наших соотечественников. И хотя кресты на многих могилах покосились, память о той частичке русской нации жива.

Источник: Дилетант

Комментарии
Комментарии