История отца желтой прессы Уильяма Херста

Успешный медиамагнат Уильям Херст с нуля создал огромную газетную империю, наживаясь на сенсациях и постоянных провокациях.
История отца желтой прессы Уильяма Херста

Американская журналистика XIX века всегда была показательна в том плане, что она с легкой руки поменять политику Белого дома. Успешный медиамагнат Уильям Херст с нуля создал огромную газетную империю, наживаясь на сенсациях и постоянных провокациях. Он достиг такого влияния, что вынудил Конгресс США начать войну против испанцев. Автор diletant. media Николай Большаков повествует о том, как же так вышло.

Будущий медиамагнат родился в Сан-Франциско в богатой и состоятельной семье. Отец Уильяма Джордж не только промышлял серебряными рудниками, но и занимался политикой. Чтобы поддержать демократов на Западном побережье Штатов, он выкупил у них газету «San Francisco Examiner», благодаря чему вошел в Сенат. Впоследствии молодой и скандальный Уильям позаимствует у отца эту газету, но пока он учился в престижном Гарвардском университете. В Гарварде ему полюбились занятия по философии и литературе. Однако Херсту в скандальности, конечно, было не занимать.

Так, он написал сатирическую замету в университетскую газету на своих профессоров, за что был отчислен на третьем курсе. Впрочем, есть история, которая рассказывает, что его отчислили за один довольно таки смешной розыгрыш. Уильям Херст отправил в подарок преподавателям ночные горшки, где на дне были написаны их фамилии и имена. В любом случае, будущий журналист не закончил высшего образования и отправился на поиски приключений и практики к самому Джозефу Пулитцеру в газету «The New York World».

Набравшись полезного опыта после двух лет стажировки, Уильм вернулся домой в Сан-Франциско в 1887 году с намерением построить свою газету. Как только отец подарил ему «San Francisco Examiner», сын с воодушевлением взялся за масштабную реорганизацию газеты. Ему не нравилось, как штатные корреспонденты скучно пишут, и потому Херст, желая увеличить тиражи, сделал ставку на сенсации. И как оказалось, нисколько не проиграл.

Империя Херста начала расти с отцовской газеты «San Francisco Examiner»

Отныне Уильям Херст требовал от журналистов сенсаций, горячих новостей, заправленных щекотливыми подробностями и эксклюзивных материалов. При этом, газета сама генерировала сенсации, используя всевозможные слухи, сплетни и случайные совпадения. На полосах «San Francisco Examiner» печатались простые и доступные для массового читателя тексты с броским и метким заголовком.

Уильям Херст постоянно вступал в конфликты с местными предпринимателями и политиками, обвиняя их в коррупции и многих других грехах. Из-за этого Уильям сильно повздорил со своим отцом, потому что он задел личные интересы его друзей. Собственно, Джордж так сильно обиделся, что лишил сына многомиллионного наследства. Но это не помешало Херсту, как говорится, делать деньги. Вскоре издание начало расти, показатели тиражей стремительно росли вверх, в газету писали даже Марк Твен и Джек Лондон.

Однако амбициозному издателю хотелось большего — выйти на национальный медиа рынок. Для этого он за сто тысяч долларов приобрел «The New York Morning Journals». Открыв издание в Нью-Йорке, Уильям Херст тем самым бросал вызов Джозефу Пулитцеру — другому медиамагнату, у которого он успел пройти стажировку. Между этими двумя людьми началась серьезная газетная война.

Уильям Херст вел с Джозефом Пулитцером серьезную газетную войну

Журналисты не могли терпеть друг друга, так как зарабатывали на сенсациях. Их жесткая конкуренция была настолько принципиальной, что дело доходило до того, что Херст просто-напросто «перекупал» журналистов и сотрудников из лагеря Джозефа. На почве соперничества возник термин «желтая пресса». Как-то раз Уильям предложил художнику из газеты Пулитцера Аутоколту более высокую зарплату, чтобы тот рисовал у него комиксы «Похождения желтого мальчика», кои были раньше у Пулитцера.

Наверно, не описать словами, как это разозлило противника Херста, и потому он нанял другого художника, способного рисовать тот же сюжет. Развернулась нешуточная борьба за авторские права, и так на свет появилась «желтая пресса».

Все же Джозеф Пулитцер держал свое издание в рамках приличия и следовал принципам объективности, тогда как Уильям Херст явно кое в чем перестарался.

Он намеренно спровоцировал испано-американскую войну на Кубе, раздувая страшные сенсации из ничего. Так, он в самых ярких красках описал, как на острове Свободы испанские таможенники незаконно и бесчеловечно осмотрели американскую женщину и нагрубили ей. А еще в порту Гаваны по непонятным причинам, многие конспирологи утверждают, что в этом виноват сам Херст, взорвался американский броненосец. Нет сомнений, что передовицы херстовских газеты вышли с заголовком «Виноват враг», а врагами, конечно же, объявлялись злые и коварные испанцы.

Уильям постоянно взывал к тому, что им надо непременно отомстить, а это, в свою очередь, подстрекало общество, которое требовало решительных действий от военного командования. Несмотря на то, что власти Кубы всячески пытались потушить разгорающийся пожар конфликта, правительство США объявило войну.

Наш герой, подливший так много масла в огонь, ликовал с упоением.

Журналисты Херста спровоцировали испано-американскую войну 1898 года

Уильям Херст не останавливался на одной газете и постоянно скупал другие. Вскоре на их базе вырос целый холдинг «Hearst Corporation», где были десятки журналов, газет, изданий и даже радиостанции. К слову, такие журналы «Cosmopolitan» и «Esquire», были задуманы именно Херстом. Его журналисты постоянно и бескомпромиссно критиковали правительство, особенно досталось президенту США Уильяму Мак-Кинли.

Один раз 13 сентября 1901 года херстовская газета The New York Journal написала: «Если от плохих учреждений и плохих людей можно избавиться, только убив их, то убийство должно быть совершено». И на следующий день Мак-Кинли был убит фанатиком-анархистом. В его кармане обнаружили тот самый номер, где последние слова были подчеркнуты красным карандашом.

Херста возненавидели практически все, однако тиражи его газет все равно оставались самыми высокими в мире. В начале XX века ежедневный выход газет составлял восемь миллионов, а журналов — одиннадцать. Своим наследникам он оставил огромное наследство. До самой смерти в 1951 году журналист кормил публику сенсациями и вытворял всевозможные выходки.

Источник: diletant.media

Комментарии
Комментарии