Дом-легенда «Москва»

Гостиница «Москва» уже никогда не будет такой, какой запомнили ее несколько поколений москвичей.
Дом-легенда «Москва»

В июне 2002 года мэрия Москвы объявила, что знаменитую гостиницу сталинской эпохи снесут и построят заново. Рассказываем историю столичной легенды.

История асимметричного фасада – первое, что рассказывают про гостиницу “Москва”. Якобы Сталину предложили на выбор два варианта, для наглядности разделенные осевой линией. Но Сталин то ли не понял вопроса, то ли всех перехитрил: расписался точно посередине чертежа. Потом никто не осмелился спросить – какой вариант он выбрал? Так и построили оба.

Главный вестибюль, 2002 год. Гостиницу Москва стоили как важнейший государственный объект, не жалея сил и средств. Все детали проекта — от общего вида и градостроительного значения Москвы до мебели в номерах — тщательно прорабатывались. На фоне такой дотошности история про случайно получившийся асимметричный фасад выглядит особенно странно. Впрочем, сам Щусев утверждал, что специально оставил декор правой башни более сдержанным: она ближе к Кремлю и зданию Исторического музея и потому должна быть строже, чтобы не спорить с памятниками. Еще асимметрию объясняют несогласованностью между двух команд архитекторов.

За гостиницу взялись раньше всей социалистической столицы. Еще не было генерального плана, а лавки и церкви старого Охотного ряда уже пустили под нож, чтобы вырыть для “Москвы” котлован. По сути дела “Москва” должна была временно заменить саму Москву. Там предусматривались невиданные в городе чудеса вроде душа и ванны, ресторанов, горничных, полотеров и чистильщиков обуви. Долго еще потом к счастливым командированным ходили мыться московские родственники.

Закрытый конкурс на проект гостиницы выиграли в 1932 году молодые конструктивисты Леонид Савельев и Олег Стапран. К февралю 1933 года возвели основные конструкции первой очереди, выходящей на Охотный ряд. Но архитектурная мода уже сменилась, вождям больше импонировала неоклассика. Чтобы “натянуть” классический декор на конструктивистский каркас, к работе привлекли академика Алексея Щусева – автора Мавзолея Ленина.

Отношения между молодыми архитекторами и академиком, которого они восприняли как государственного контролера, не сложились.

Щусев предложил шесть вариантов фасада. Все они были отклонены, а Щусева и вовсе отстранили от работы. Когда его позвали снова, условием своего возвращения он поставил отстранение Савельева и Стапрана. В итоге в 1937 году молодые архитекторы написали в “Правду” открытое письмо, обвинив Щусева в нарушении их авторских прав. Упоминались и чертежи с затертыми подписями, и декор, сбитый с уже готовых фасадов. “Правда” зря не скажет, Щусеву пришлось извиняться, но особых неприятностей у него не было. Его жестокость по отношению к соавторам – вполне в духе времени.

Ресторан Московский находится на третьем этаже. Когда-то сюда вела парадная лестница прямо из главного вестибюля. Она давно уже забита фанерой.

У гостиницы “Москва” были исключительная роль и исключительное место – рядом с Кремлем и Красной площадью, на пересечении главных сталинских улиц.

Здание можно было хоть десять раз переделать, сменить хоть сто авторов, лишь бы в итоге получился образец нового сталинского стиля, советского ар-деко. И он получился. В том же 1937 году, в год двадцатилетия Октября, журнал “Архитектура СССР” опубликовал короткий список наиболее значительных зданий эпохи: “Москва” в нем стояла на почетном месте. Хотя победителей в те годы тоже судили, авторские разборки на этом затихли. А “Москва”, открытая 20 декабря 1935 года, зажила своей гостиничной жизнью, которая – что при капитализме, что при социализме – имеет свои легкомысленные особенности. Все-таки это не музей, не мавзолей и не электростанция.

По фильму Григория Александрова “Цирк” “Москву” знала вся страна. В декорациях ее номеров разворачивался роман американки Марион Диксон – Орловой с русским красавцем Мартыновым – Столяровым, а в кафе “Огни Москвы” Райка съедала роковой кусочек торта. Здесь с видом на Кремль впервые прозвучал “неофициальный гимн Советского Союза” – песня “Широка страна моя родная”.

При этом гостиница оставалась “режимным” учреждением, ее “комбинат питания” – роскошный ресторан “Московский” на третьем этаже и кафе “Огни Москвы” на четырнадцатом – были доступны только элите. Вела себя элита довольно лихо – известно, что дежурные по этажам соглашались сдавать номера парочкам из ресторана “с почасовой оплатой”.

В роскошный зал ресторана Московский приходили все советские знаменитости, от кинозвезд и писателей до героев войны.

Как любая гостиница, “Москва” имеет свою историю. Здесь останавливались все знаменитости, от героев труда до военачальников и кинозвезд. Здесь репетировали артисты – Михаил Жаров, Людмила Целиковская, Николай Черкасов. Горничные 6–7-го этажей прекрасно помнят Софию Лорен, Марчелло Мастроянни и Жана Марэ, приезжавших на первые московские кинофестивали.

Заглянуть в книгу почетных гостей – все равно что почитать учебник отечественной истории: Валерий Чкалов, Алексей Стаханов, Демьян Бедный, Илья Эренбург, Михаил Шолохов, Георг Отс. Знаменитый датский карикатурист Бидструп вместо росписи оставил в книге рисунок – изображение голубка. В “Москве” был кабинет Лаврентия Берии – но никто не признается, где именно.

Взамен показывают кабинет Бориса Ельцина на 6-м этаже. В бильярдную гостиницы любил ходить Василий Сталин. А за каждым республиканским первым секретарем держали номер, куда партийные боссы из среднеазиатских республик приезжали со своими коврами, мебелью и слугами. Старые служащие гостиницы (вроде горничной Анны Сергеевны Гусевой, прекрасно управлявшейся и с бесшабашной творческой интеллигенцией, и с подвыпившими красными командирами) – отдельная страница истории “Москвы”.

Персонал был вышколен до предела, ведь в его руках была репутация первых лиц страны. Служащие “Москвы” отказываются сплетничать о постояльцах. Дело не только в недоверии к прессе: действует профессиональная выучка, стремление соблюсти тайну частной жизни гостей. А еще болезненная забота о репутации любимой “Москвы”, упадок которой они переживают очень остро.

Гостиница не производила впечатления разрушенной – она казалась брошенной. О былом величии напоминал только вид из окон – на Кремль и Манежную площадь, – вид, за который можно платить отдельно. На выгоревшем паркете пустых холлов – следы мебели и ковровых дорожек. В зале ресторана протек потолок, панно кисти Лансере испорчено. А ведь интерьеры “Москвы” уникальны. Это одно из лучших произведений Щусева.

На строительство не жалели ни сил, ни средств, качество материалов и работ было безупречным. В отделке холла и лестницы использовали мрамор, взятый в разрушенном храме Христа Спасителя. Дизайн разрабатывали вплоть до дверных ручек и карнизов для занавесок. Щусев с гордостью говорил: “Все оборудование гостиницы изготовлялось по специальным эскизам. Особое внимание уделялось “культуре мелочи”. Разнообразная отделка номеров и станковая живопись (картины кисти Шишкина, Айвазовского, Поленова) произвели огромное впечатление на иностранную печать.

Когда гостиница будет закончена, она представит собой великолепно спланированное сооружение, не хуже американских гостиниц, по вкусу отделки значительно их превосходящее”. Живопись из “люксов” “Москвы” (кроме картин упомянутых Щусевым художников, здесь были еще полотна Коровина и Грабаря) числилась в запасниках Третьяковки.

Характер “Москвы” стал меняться еще в 1969 году, когда построили новые корпуса, выходящие на Театральную площадь. Вместо многочисленных вариантов проекта 1930-х годов сделали новый – в Моспроекте-2, в мастерской Игоря Рожина. Архитектурная композиция гостиницы была нарушена. А начиная с 1980-х “Москва” стала терять уровень обслуживания и престиж.

В 2002 году было решено: “Москва” станет бизнес-центром с магазинами, офисами и подземной парковкой. Будет и пятизвездочная гостиница на 500 мест. Сделать все это без сноса якобы невозможно: изношены конструкции. Сообщая об этих планах, Юрий Лужков попытался успокоить общественное мнение: “Здание гостиницы “Москва” является памятником архитектуры, поэтому его облик должен быть полностью сохранен”. Мэру никто не поверил – стало известно, что фасады изменят: официально строить будут по щусевскому проекту 1935 года, предполагавшему, в числе прочего, второй парадный вход с Театральной.

Даже если современным строителям чудом удастся воспроизвести качество работ лучших мастеров 1930-х годов, ни роскошь, ни новейшая инфраструктура не заменят утраченной подлинности. Лучше всего об этом сказал архитектурный критик Григорий Ревзин: “Фрески Рублева сейчас в очень плохом состоянии.

Может, их тоже собьем и напишем заново?”.

Источник: www.admagazine.ru

Комментарии
Комментарии