Разные судьбы русских эмигрантов

Интриги, войны, любовные и семейные перипетии, нищета – верные спутники изгнанников Отечества.
Разные судьбы русских эмигрантов

Судьба эмигранта, покинувшего родную страну по принуждению, не бывает легка и беззаботна. Интриги и войны, любовные и семейные перипетии, идеологические преследования и нищета – всё это верные спутники изгнанников Отечества. Автор diletant.media Сергей Алумов собрал самое интересное из судеб пяти русских эмигрантов.

Алексей Петрович Романов

Наследник первого российского императора Алексей Петрович вынужден был отправиться за границу из-за частых конфликтов с отцом. Пётр I был вечно недоволен поведением сына: то плохо с подготовкой рекрутов справится, то к заточённой в монастырь матери поедет, а то и руку прострелит, чтобы экзамен по геометрии в присутствии отца не сдавать. Никакого рвения к государственной службе наследник престола не проявлял.

Когда у Петра I родился второй сын Пётр, Алексей отказался от престола и, чтобы избежать монашеского пострига, отправился в Австрию к двоюродному брату Карлу VI, императору Священной Римской империи, прихватив с собой любовницу-крестьянку Ефросинью. В Австрии царевич планировал дождаться смерти отца, болевшего в тот момент, а затем воспользоваться поддержкой австрийцев и занять русский престол. Однако император Австрии отправил своего родственника в Италию, не решаясь ввязываться в русские дела.

Вскоре несмотря на интриги главы Адмиралтейства и посла России при венском дворе, русская разведка всё же выследила царевича-беглеца в замке Сант-Эльмо. Угрозы посланников Петра I подействовали, Алексей Петрович вернулся в Россию, где его ждали следствие и смерть.

Александр Иванович Герцен

После смерти отца Александр Герцен решает навсегда покинуть Россию и поселиться в Европе. История его жизни – пример того, как западник, возвеличивавший прогрессивную Европу, столкнулся с Европой реальной и иллюзий лишился.

Первое впечатление от европейской жизни для него было радостное, он наконец почувствовал долгожданную свободу. Однако уже совсем скоро Герцен начал обличать уклад жизни европейцев и встал на близкие славянофилам позиции, видя в русской общине будущее. Его взгляды пережили трансформацию с либерально-республиканских до социалистических. Письма из Европы того времени потрясали его друзей-западников своей антибуржуазной направленностью. Герцен восторженно встретил французскую революцию 1848 года. Однако вскоре изменил точку зрения и отверг революционный метод борьбы.

Нельзя назвать счастливой и личную жизнь Герцена в эмиграции. Из шести детей, рожденных в браке с двоюродной сестрой Натальей Захарьиной, до взрослого возраста дожили только двое. В Париже Наталья влюбилась в друга Герцена Георга Гервега, в чём призналась мужу. Две семьи (Гервег был женат) образовали «коммуну», которая вскоре распалась – привязанность Натальи к Гервегу оказалась не только платонической. Герцен подвергся порицанию в революционном сообществе за то, что принудил жену расстаться с возлюбленным.

На этом несчастья Герцена не закончились. В 1851 году в кораблекрушении гибнут мать Герцена и его сын Николай. В следующем году после родов умирает жена, ребенок также не выжил.

Через несколько лет Александр Иванович начинает жить с женой друга детства Николая Огарёва Натальей. Трое детей, из которых двое умерли из-за дифтерита, считались детьми Огарёва.

Гайто Газданов

Гайто Газданов – эталонный представитель русской эмиграции первой волны: белогвардеец и масон, рабочий и таксист в Париже, писатель и журналист, член «Сопротивления».

Будущий писатель русской эмиграции попал за границу вследствие желания «узнать, что такое война». Вместе с Белой армией в 1922 году отплыл из Крыма в Турцию. В 1923 году, как и тысячи других русских людей, обосновался в Париже. Работал грузчиком, слесарем, преподавателем русского и французского, ночевал, порой, на улице.

Много лет, уже будучи известным писателем, работал ночным таксистом, как и многие русские мужчины в Париже (считались за самых интеллигентных и лучших извозчиков, так как были хорошо образованными и нередко являлись дворянами). Извоз Газданов смог оставить лишь после выхода романа «Призрак Александра Вольфа» (1947), благодаря которому он получил известность и признание.

Водители такси не понаслышке знакомы со всеми слоями общества. Этот опыт помог Газданову написать «Ночные дороги» (1941). Первый роман, «Вечер у Клэр» (1929), был высоко оценен Иваном Буниным и Максимом Горьким. Газданов хотел вернуться на родину, обращался с просьбой к Горькому, однако тот помочь ему не успел – умер в 1936-м.

Сергей Донатович Довлатов

Однажды Сергей Довлатов заболел и взял на работе отгул. Лечение себе назначил водкой. Из-за чего был уволен с работы за тунеядство. Это послужило катализатором его проблем с КГБ: комитет, давно присматривавший за писателем, решил, что теперь с легкостью сможет его арестовать. Благодаря жившему на первом этаже его дома журналисту это произошло не сразу.

Довлатову удалось уехать в США к бывшей жене, сыну и матери. В Штатах он вместе с другими талантливыми литераторами взял кредит и основал газету «Новый американец», которая закрылась через два с половиной года из-за долгов.

Довлатов писал о своей жизни в Америке: «Пьянство мое затихло, но приступы депрессии учащаются, именно депрессии, то есть беспричинной тоски, бессилия и отвращения к жизни. Лечиться не буду, и в психиатрию я не верю. Просто я всю жизнь чего-то ждал: аттестата зрелости, потери девственности, женитьбы, ребенка, первой книжки, минимальных денег, а сейчас все произошло, ждать больше нечего, источников радости нет. Мучаюсь от своей неуверенности. Ненавижу свою готовность расстраиваться из-за пустяков, изнемогаю от страха перед жизнью. А ведь это - единственное, что дает мне надежду. Единственное, за что я должен благодарить судьбу. Потому что результат всего этого – литература».

Александр Исаевич Солженицын

К 1974 году имя Александра Солженицына имело достаточно большой вес как в Союзе, так и за рубежом, поэтому избавиться просто так советские власти от него не могли. Его лишили гражданства и выслали из страны. Однако неожиданно для людей как на Западе, так и в России он не стал ругать СССР.

Александр Исаевич позиционировал себя православным патриотом, поэтому он не бросился бездумно обличать советскую власть и Россию, то есть делать то, чего от него ожидали. Вполне логично, что отношения с прессой, русскими эмигрантами и демократической общественностью внутри Союза, настроенными резко против СССР, у него складывались не очень хорошо. Так, Андрей Сахаров, как и многие диссиденты, расценил «Письмо вождям советского союза» Солженицына как антидемократическое и националистическое.

Солженицын смог вернуться в Россию только после перестройки, в 1994 году. Прилетев с семьёй в Магадан, Солженицын затем добрался до Владивостока, а оттуда на поезде через всю Россию до Москвы.

Источник: Дилетант

Комментарии
Комментарии