Мария Миронова: совместное интервью с сыном

Первое совместное интервью актрисы Марии Мироновой и ее сына Андрея Миронова-Удалова — Вадиму Вернику.
Мария Миронова: совместное интервью с сыном

Мама и сын. Мария Миронова и Андрей Миронов-Удалов. Оба принадлежат к знаменитой актерской династии, родоначальниками которой были бабушка и дедушка Марии — Мария Миронова и Александр Менакер, а продолжили ее отец Андрей Миронов и мама Екатерина Градова...

Маша и Андрей впервые дали совместное интервью, и мне было очень непривычно видеть их в таком ракурсе, поскольку Машу я знаю с юности, а Андрея, соответственно, с момента его рождения. Впрочем, во время нашего разговора я узнал про каждого из них немало любопытных подробностей.

Маша, ты сына на вахтанговской сцене уже видела?

Мария: Да. А первое, что я видела в его исполнении, — как он читал стихотворение Пушкина «Я вас люблю...», с которым поступал в театральный институт.

Андрей: Я репетировал дома.

М.: Он переписывал сначала стихотворение на листочек, я даже его сохранила.

А зачем на листочек?

А.: Чтобы лучше запомнить, Вадим.

М.: С ним занималась Марина Голуб, она готовила его к поступлению.

Но сначала Андрей пошел учиться в Университет управления Правительства Москвы. Тебе, Маша, этот его выбор был по душе?

М.: Это не ко мне вопрос, они там с бабушкой что-то решили.

А.: Бабушка была против, чтобы я шел в театральный. А мне всегда это было интересно. Поначалу я хотел стать режиссером. Так вот, мне казалось, что в этом институте я смогу набраться необходимого мне продюсерского опыта, а потом вернусь к своей мечте.

М.: Ничем хорошим такая затея не завершилась.

А.: Я быстро закончил это путешествие. Понял, что не смогу себя там проявить, не было какого-то огонька. Поначалу я думал, что привыкну. Но через семь месяцев понял, что четыре года здесь не протяну. И решил, что надо поступать в театральный.

Как мама к этому отнеслась?

М.: Я с сыном всегда демократична. Ни на чем не настаиваю, просто наблюдаю.

А.: На самом деле мама отнеслась к моему решению с плохо скрываемым удовольствием.

М.: Для меня важно, чтобы Андрею было интересно.

А.: Видишь, Вадим, даже сейчас не признается.

М.: Учти, всё, что мы, а особенно этот человек с усами, будем сейчас говорить, — с ироничным подтекстом.

Я уже понял. А бабушка, Екатерина Градова, продолжала отговаривать внука от актерского пути?

А: Она пришла на мой первый показ в Щукинском, потом позвонила и сказала: «Прости, я была неправа». Мне это было дорого и очень приятно. Мы ведь редко признаем свои ошибки.

Андрей, наверное, рос в «Ленкоме», где ты, Маша, служишь?

М.: Вообще нет.

А.: Почему? Отчасти да.

М.: Однажды мы ездили на гастроли в Израиль со спектаклем «Варвар и еретик». И Андрюша сидел на коленях у Людмилы Александровны Зориной (вдова Олега Янковского. — Прим. ОК!). Вот и весь его театральный опыт. Сам попросился нагло: «Можно я выйду на сцену?»

Сколько ему было тогда лет?

М.: Шесть или семь.

А.: Там просто нужны были дети, а детей на заграничные гастроли не взяли. Я сидел на коленях у Людмилы Александровны и читал стихотворение по-французски. Потом еще два раза играл в этом спектакле в Москве, мне заплатили по сто рублей за каждое выступление.

Маша, ты родила Андрея совсем рано, в девятнадцать лет...

М.: Я поступила на первый курс в Щукинское училище и практически сразу ушла в декрет. Пропустила года два учебы, а потом перевелась во ВГИК. У нас дома появились нянечки. Естественно, я не была тогда зрелым человеком. У меня была учеба, много каких-то целей. Но Андрюшку я всегда растила как друга.

А.: Конечно, чтобы слушать со мной в машине Энрике Иглесиаса и мучить меня всё детство. (Смеется.)

М.: Понятно тебе, Вадим, как мы общаемся?

Интересно, а у Андрея были сложности переходного возраста или всё с шуткой и юмором?

М.: Были сложности. Они проявлялись в том, что я отказалась от съемок, наверное, в десяти картинах. Не могла уехать никуда, кроме гастролей.

Почему так?

М.: Потому что я могла возвратиться домой, а около дверей стоит милиция. Оказывается, мой сынок так повеселился в свой день рождения, что скинул пакет с водой прямо на лобовое стекло машины начальника ОВД «Арбат». И шесть милиционеров стоят и смотрят на наши окна. Я возвращаюсь после спектакля «Федра. Золотой колос» и понимаю, что эти люди по мою душу.

А.: Между прочим, за «Федру» Мария Андреевна получила премию «Золотая маска».

Да, это была отличная актерская работа.

М.: Спасибо, Вадим... Так вот ту ночь мой сын провел в «обезьяннике».

Ты не возражала?

М.: А чего возражать? Пускай будет такой опыт. А еще Андрюшка прятал друзей. Как-то у меня отменили спектакль, причем внезапно. Я об этом узнала, уже когда приехала в театр. А сын, оказывается, на это время запланировал грандиозную вечеринку.

Я спокойно еду домой, паркую машину и звоню ему минуты за три до того, как подняться в квартиру. «А ты где?» — спрашивает сынок растерянным голосом. Я ему рассказываю. «Понятно», — отвечает он.

Захожу в подъезд и вижу такую картину: по лестнице спускаются люди, прижавшись к стенке, и, не глядя мне в глаза, выходят на улицу. Просто поток людей, человек семьдесят!

Неплохо. И как ты отреагировала?

М.: Уже не помню.

А.: И я не помню. Но сам факт произошедшего запомнился гораздо сильнее, чем разбирательство.

М.: А как Андрей девочку прятал в шкафу! Прихожу домой — у него должен был быть урок английского. Смотрю — женские туфли стоят. Он их быстро убрал. Потом полтора-два часа сын занимался английским. Затем выходит из комнаты: «Мама, ты никуда не собираешься?» — «Нет». Еще через час он понимает, что девочку нужно выводить. Всё это время она просидела в шкафу!

Какой ужас!

М.: Пришлось нас познакомить.

И ты, Маша, опять не помнишь свою реакцию?

А.: А что надо было сказать? «Что ты делаешь вообще?!»

М.: Есть мамы, которые много чего говорят. Ты просто не привык, хамская рожа! (Улыбается.)

Ну хорошо, Андрюша, ты сам-то сделал какие-то выводы после ночи в отделении милиции?

А.: Какие выводы? Это был девятый класс. Я вышел из отделения и пошел сдавать ЕГЭ. Сдал на пятерку.

М.: Он хорошо учился, у него отличная память. То, что другой будет учить ночами, он выучит за час. Так что у него было много свободного времени.

Как Андрей использовал это время, мне уже понятно.

А.: Я увлекался спортом: футбол, теннис, плавание, лыжи, рукопашный бой, баскетбол...

М.: К спорту я его приучала с детства. Сама всю жизнь занимаюсь: четыре раза в неделю хожу в зал, даже если нет сил. Два часа с тренером. Обожаю спорт, для меня это жизнь.

Когда Андрюшка совсем маленький был, я ему говорила: «Сейчас будем пресс качать». Он ложился, я ему на ножки садилась: «Давай-давай». Теперь Андрей, если не идет в тренажерный зал, сажает Ксению себе на ноги и качает пресс.

Андрей недавно познакомил меня с Ксенией. Очень интеллигентная красивая девушка. А сколько времени вы вместе?

А.: Пятый год пошел. Познакомились мы семь лет назад, оба учились в Университете управления, только на разных факультетах. Ксения собиралась стать юристом. Правда, потом она, так же как и я, ушла из института. Сейчас учится в МАРХИ на архитектора.

М.: Ксюша талантливая девочка. И я так рада, что Андрюша попал в хорошие руки. Если вспомнить, Вадик, какие были атаки девочек на моего сына! Уже во втором классе он приносил полный рюкзак валентинок. Мне казалось, так будет лет до сорока.

А.: Мама мне говорила: «У тебя будет восемь детей». Представляешь, Вадим, мне, одиннадцатилетнему парню, который еще мало что понимал, мама пророчила, что у меня будет восемь детей...

М.: ...и что ты будешь ходить с конвертами алиментов и жизнь просто прахом пойдет. (Улыбается.)

На тебя, Андрей, подействовали материнские слова?

А.: Я как-то не сильно верил в то будущее, которое рисовала мне мама.

М.: Но выводы-то сделал.

А.: Я внутри знал, что веселюсь по молодости.

Оказалось, что ты однолюб.

М.: Я этому очень даже рада.

Жениться собираетесь? Или для вас это не имеет значения?

А.: Для кого-то из нас это имеет значение, так что в ближайшем будущем, я думаю, всё свершится.

М.: Я вот мечтаю как можно скорее передать сыну свое гипертрофированное чувство ответственности, которое у меня с детства. То ли я так себя ощущала, то ли так складывались обстоятельства... И Андрюша будет рад принять у меня эту эстафету, да, сынок?

А.: Да, конечно. (Улыбается.)

Ответственность на сцене ты наверняка уже почувствовал. В студенческие годы ты сыграл главную роль в спектакле Вахтанговского театра «Кот в сапогах».

А.: Роль Кота в сапогах мне всегда было радостно играть, потому что по натуре я кошатник и люблю общаться с кошками, наблюдать за ними. И мама тоже обожает кошек.

М.: Мне с ними очень комфортно. У меня их две. Была одна, Муська, а когда Андрей переехал на свою квартиру, еще кот появился.

Когда сын уехал от тебя, было ощущение пустоты? Все-таки вы очень близки внутренне, я это отлично знаю.

М.: Год назад, когда Андрей и Ксения собрались жить отдельно от меня, от одной этой мысли у меня заранее началась паническая атака. Я не знала, как всё переживу, и максимально хотела оттянуть этот момент. Но я быстро для себя решила: «Все живы, здоровы, и это классно». Я оптимист по характеру.

К ребятам в гости часто ходишь?

М.: Вообще не хожу. Я последние несколько месяцев снималась без выходных в фильме «Садовое кольцо» и еще в «Землетрясении». В первый мой выходной приехала, как мы с тобой и договорились заранее, на съемку!. А с Андреем всё это время мы больше общались по WhatsApp.

Андрей сегодня тоже занятой человек.

А.: Я за это время успел выпустить два спектакля в Вахтанговском театре. Недавно сыграли премьеру «Мнимого больного» с Сергеем Маковецким в главной роли. У меня там роль небольшая, но репетировать было очень интересно.

Когда я в работе, я теряю плохие качества и во мне просыпаются хорошие. Я понимаю, что работа делает меня лучше. Наверное, поэтому я выбрал эту профессию. Я мечтал работать именно в Вахтанговском театре.

Кстати, дед Андрей тоже хотел там работать, но его не приняли.

М.: Я рада, что Андрюша нашел себя в актерском деле. Я вообще считаю, что всё зависит от родителей. Если ребенок видит, как мама увлечена профессией, он на подсознательном уровне считывает эту информацию. И для него в дальнейшем такое же отношение к делу естественно и органично.

Я всегда была спортивной, и для Андрюши занятия спортом — это норма. Или вот у меня был период, когда я дико увлеклась живописью. Андрей тогда маленький был. Я водила его, совсем еще клопа, по лучшим музеям мира. Он ничего не понимал, уставал, у него болели ноги. Мне еще говорили: «Что вы издеваетесь над ребенком?»

Я не могу сказать, что я как-то специально приобщала его к живописи, но сегодня Андрей обожает изобразительное искусство, он хорошо разбирается в нем и теперь вместе с Ксенией ездит по музеям мира.

А.: Скоро мы поедем в Мадрид на выставку, посвященную 500-летию со дня смерти Босха. Всем советую.

М.: Босх, кстати, мой любимый художник.

А.: Вадим, хочешь я назову тебе свой топ-пять художников?

Очень хочу.

А.: Брейгель, Рембрандт, Гойя, Ренуар и Босх. И хотя по сумме впечатлений мне больше всего нравится Брейгель, самая любимая моя картина — «Возвращение блудного сына» Рембрандта.

Что ж, хороший вкус у тебя, Андрей... Вот я смотрю на вас двоих — вы выглядите как брат и сестра. Ничего не меняется.

А.: В этом есть какая-то чудесная странность. И мне это приятно еще и потому, что я знаю: маме очень нравится, что нас так воспринимают.

Маша, а ты понимаешь, что скоро у тебя могут появиться внуки?

М.: С внуками я, конечно, сидеть не буду, я уже всех предупредила.

А.: Первый раз об этом слышу. Я согласен, что ты очень занята, но желательно, чтобы ты нашла часок-другой для внуков. (Улыбается.)

М.: Подожди, дорогой, может, тебе еще придется понянчиться с братиком или сестрой.

Это прекрасный финал для нашего разговора.

М.: Да, главная интрига!

Источник: ok-magazine.ru

Комментарии
Комментарии