В чем разница между простым и примитивным?

Разница в том, что примитивное почти никогда не просто, а простое почти никогда не примитивно.
В чем разница между простым и примитивным?

GLEB SIMONOV

Стихи пишу. N-e-v-e-r-t-h-e-l-e-s-s.com

В искусстве о примитивном чаще всего говорится как о чём-то, имеющем отношение к первобытной культуре — от латинского primitivus, первоначальный. Тем уместнее, что слово это вообще имеет праиндоевропейский корень, корень языка первых переселенцев. Примитивны ли пиктографы североамериканских индейцев? Допустим. Просты ли они? Это вряд ли.

Во время путешествия по Среднему Западу мне повезло побывать в доме, где когда-то жил человек, погибший в Гражданской войне на стороне Союза. В этом доме, с правой стороны дверного проёма, находилась серия царапин, похожих на следы от переноски мебели во время ремонта, но странная степень осмысленности выдавала присутствие в них какого-то дополнительного контекста. На самом деле эти царапины были индейским мемориалом, который обычно чертили в память о павших воинах, и где каждая линия, их длина, количество и направление обозначали структуру мира и разные стадии прохождения души через те или иные жизненные стадии, от рождения до смерти и после смерти. Так, примитивный (по нашим меркам) рисунок напоминал людям, откуда они пришли, и что с ними произойдёт дальше.

Простое же внекультурно — у него нет ни одной конкретной привязки. Определение простоты пытались дать античные философы и средневековые учёные, она является одним из центральных принципов христианского учения (по убеждению Фомы Аквинского, Бог бесконечно прост), служит метанаучным критерием Бритвы Оккама в философии науки, и даже на востоке патриархи дзен-буддизма, одной из, казалось бы, самых сложных для восприятия доктрин, учили и учат, что дзен — прост.

Нетрудно заметить, что все эти примеры взяты из культур не просто не примитивных, но прошедших в своём развитии через самые длинные и извилистые цепочки видоизменений. И уж если называть культурные дисциплины, наиболее далёкие от примитивных, то христианская теология, философия науки и дзен-буддизм будут где-нибудь в первой десятке.

Это даёт нам удивительный перевёртыш — две вещи, которые должны были бы быть близко, но оказываются антонимами. Ну и конечно, как это происходит со всем несовместимым, примитивное и простое тоже в какой-то момент решили попробовать совместить. Результатом была, как нетрудно догадаться, европейская примитивистская живопись европейских конца позапрошлого и начала прошлого века.

Руссо стал первым академическим наивистом. Пикассо прямо вдохновлялся африканскими масками. Гоген вообще хотел целиком уйти из-под влияния европейской цивилизации в лоно примитивной таитянской культуры. Они все пытались внести элемент примитивного, и все пытались при этом делать довольно просто. Ведь отдельный культ простоты, как мы уже заметили, чаще всего вытекал именно из сложных и последовательных формальных конструкций — так что не удивительно, что ему нашлось место и среди раннего модернизма.

Впрочем, чуда слияния противоположностей не произошло. Если бы оно произошло — это был бы культурный взрыв, подобный открытию холодного синтеза, и история человечества с этого момента была бы принципиально другой. Но влияние примитивных культур быстро сменилось абсолютизацией формы, простота сменилась минимализмом, и мы пришли к тому, что имеем на данный момент — к культуре, в которой нет ни примитивного, ни простого. Которая, потеряв связь с архаикой, утратила всю сумму самых базовых жизненных аксиом, а из нацеленных на простоту формальных философских систем сделала системы, исследующие самих себя.

Такая вот разница.

Источник: thequestion.ru

Комментарии
Комментарии