Каталина Горских: «Мода на плюс-сайз пройдет, а мои 98 кг останутся»

Каталина Горских из Петербурга рассказала, как превратить стереотипный недостаток в достоинство и способ заработка.
Каталина Горских: «Мода на плюс-сайз пройдет, а мои 98 кг останутся»

Модная индустрия начинает 2017 год с бодипозитива: обложку британского Vogue украсила плюс-сайз модель Эшли Грэхэм. По этому поводу мы поговорили с Каталиной Горских из Петербурга — девушкой, которая прошла карьеру от плюс-сайз модели до фотографа с уклоном на сегмент плюс-сайз — о том, как превратить стереотипный недостаток в достоинство и способ заработка.

У меня никогда не было комплексов по поводу своего веса. Я понимала, что чуточку больше других одноклассников, но не понимала, почему из-за этого ко мне могут по-другому относится. В школе мои сапоги могли выкинуть на помойку, в колледже, когда у меня уже были первые успехи в моделлинге, — девочки устраивали бойкот.

Осознание того, что люди на полном серьезе делят людей на толстых и худых, пришло лет в шестнадцать. Тогда мы стояли с мамой на улице, люди проходили мимо и открыто пялились на мой зад. Мама осмотрела меня со всех сторон и сказала: «Может, ты просто испачкалась?». Ни родители, ни мой бывший молодой человек никогда не говорили, что я толстая: а если близкие люди тебя этим не тыкают, то ты и вовсе перестаешь обращать внимание.

Уверенности в себе добавил спорт: в 14 лет я начала заниматься академической греблей и быстро добилась хороших результатов. Другие спортсменки в лице коллег по команде и соперниц меня сразу невзлюбили (в их глазах можно было прочитать «почему она большая и толстая — и выигрывает, а мы худые и накаченные — и проигрываем?»), зато я навсегда запомнила слова тренера: «Пока ты на вершине, тебя любить не будут, так что прими и полюби себя сама».

В моделлинг я попала в 2010-ом году, когда слово «бодипозитив» еще не кричали на каждом углу, не было модельных школ для полных, а словосочетание «плюс-сайз модель» люди приравнивали к «просто жирная девочка». Заметили мои любительские снимки и пригласили сняться для каталога.

На волне юношеского максимализма я, конечно, согласилась: работа не только удвоила мою уверенность в себе, но и стала приносить деньги. Сейчас такая работа меня не интересует, потому что свои шесть татуировок, проколотый нос и серые волосы я люблю больше, чем моделлинг. Зато я стала фотографировать плюс-сайз девочек.

И действительно считаю, что помогаю людям: я понимаю конструкцию их разных тел. Никаких профессиональных секретов в съемке плюс-сайза нет. Просто чтобы сделать качественные и вкусные снимки не стоит гнаться за модой и хвататься ради денег за ту работу и тех моделей, которых в душе ты презираешь. Нужно искренне любить и понимать свое дело.

Работа для полных моделей есть в Москве, Новосибирске и Петербурге (причем в Новосибирске работы в три раза больше, чем в Петербурге). Но серьезно рассуждать о плюс-сайз моделлинге в России — глупо, потому что даже обыкновенный моделлинг у нас не развит: есть несколько агентств, которые отправляют девочек за границу, но их можно пересчитать по пальцам одной руки.

Зато на волне мировой тенденции на полных моделей у нас обесценивается слово «плюс-сайз»: появляются десятки фотографов плюс-сайз, которые снимают без малейшего увлечения, а просто ради коммерческой выгоды, а любая полная девушка, которая даже не ухаживает за собой, без зазрения совести сегодня ставит хэштэг #plussizemodel к своим фотографиям.

Да, сейчас всё это актуально, но я этому не рада: ведь мода на плюс-сайз пройдет, а мои 98 килограммов останутся.

Я нахожу себя в путешествиях — была дикарем в сорока странах. Интересно, что везде тебя воспринимают по-разному: на Востоке — обожают, в Индии ты вообще королева, и селфи на фоне тебя популярнее, чем на фоне тигров в местном зоопарке. Во Франции предпочитают больше все-таки утонченную фигуру, а в Испании все, несмотря на вес, ходят в таких суперкоротких шортах, что даже у меня вываливаются глаза.

Комфортнее всего я чувствовала себя в Корее: все хрупенькие девочки 38-40 размера, ниже меня на две головы, всегда смотрели с интересом — и мое телосложение тут не причем. Их незашоренные головы полностью очищены от предрассудков: красоту они оценивают не по весу, а по тому, как ты себя подаешь. Каждый день я получала комплименты о том, как круто выгляжу и одеваюсь.

В интернете мне желают смерти или называют инвалидом. И такие послание я получаю от незнакомых людей. Еще есть любимая категория интернет-«диетологов»: они с пеной у рта доказывают, что я больна, а если это не так, нужно срочно обратиться к врачу (а если доктор сказал, что все в порядке, нужно обязательно сходить к другому, тот точно скажет, что я больна, да и вообще я непременно должна умереть от ожирения).

Понимаю, почему не нравлюсь этим людям: они хотят видеть меня забитой и закомплексованной, а я одеваюсь, как хочу, занимаюсь любимым делом и много путешествую. Своим примером я доказываю, что с любой внешностью можно делать, что хочешь, а в путешествие можно отправиться и с любым бюджетом (к примеру, на поездку по Кавказу за три недели я потратила 10 тысяч рублей, включая билеты на самолет, жилье, питание и десятки сувениров).

Работать над своей головой — сложно. Гораздо проще оставить оскорбительный комментарий под фотографией полной девушки.

Обожаю стереотип о том, что на ночь я заедаю пельмени чипсами, запиваю всё взбитыми сливками, а потом, сидя на диване, заказываю еду из Макдональдса (ну и ладно, что доставки в Петербурге нет, мне-то, как вип-клиенту, все привезут) (смеется). И кто с такими мыслями может подумать, что я занимаюсь спортом? Мне не нравятся неухоженные и неповоротливые: не все девочки даже с 40-м размером одежды могут согнуться, а я со своим 54-м сажусь на шпагат.

Недавно я стала заниматься усерднее, но не чтобы похудеть: все-таки путешествую я с 12-килограммовым рюкзаком, а для того, чтобы пройти в день 15 километров нужны, как минимум, сильная спина и крепкие ноги. Присяды со штангой 30 кг — легко, становая тяга — без проблем. В зале меня называют девочкой-скакалкой: за раз могу спокойно напрыгать полторы тысячи.

С выбором одежды история точно такая же, как и с похудением: все ищут волшебную таблетку или диету. Нет условного «Модного Магазина для Полных», где я могу одеться с ног до головы, но проблемы я не вижу. Все находится у привычных брендов масс-маркета — плюс-сайз линейки выпускают H&M, Mango, InCity, Oodji. А еще на руку сыграла тенденция на оверсайз: сейчас на мне, например, платье 44-го размера.

За свободный крой я люблю корейскую моду: можно взять платье XS и утонуть в нем. На работе я встречаю девочек, которые меньше меня, но при этом уверены, что в обычных магазинах ничего для них нет: могут часами рассматривать платья и блузы и никогда не подумают, что все это на них залезет.

То есть мне с попой в 135 сантиметров вещи подходят, а им — нет?! Это просто психологический барьер: спасибо стереотипу о том, что полненькие должны ходить только в черных мешковатых балахонах.

Российская размерная сетка поломана: если измерить мои бедра, то по этой системе мне нужно покупать низ 64-го размера. Что?! Все джинсы у меня 54-го, и я комфортно себя в них чувствую. С семнадцати лет мне не стыдно за свой стиль: я люблю оверсайз-свитеры и футболки, джинсы по фигуре, ношу много платьев и юбок, не ограничивая себя в фасонах.

А до того, как стала работать фотографом, могла целый день проходить на 13-сантиметровых каблуках. Общество говорит — ты большая, постарайся сделать себя ниже, меньше, незаметнее, носи черное и балахоны: нет, мой вес 98 килограммов, рост — 175 сантиметров, я ношу, что хочу, и счастлива.

Комментарии
Комментарии