Оружие Смутного времени

4 ноября в России отмечается День народного единства в память об освобождении Москвы от польских интервентов. Рассказываем, чем сражались в Смутное время предводители народного ополчения.
Оружие Смутного времени

По преданию, в 1612 году за освобождение Москвы от польских интервентов (в честь которого, собственно, с 2005 года 4 ноября в России отмечается День народного единства) одному из лидеров Второго народного ополчения князю Дмитрию Пожарскому благодарные горожане подарили саблю.

Подарок был в большей степени парадным, символом большого уважения и признания заслуг князя, он вряд ли когда-либо использовался в реальном бою. Вместе с тем, еще до начала Смутного времени этот вид оружия стал одним из самых распространенных в Восточной Европе, поскольку его мог применять как пеший, так и конный воин. Собственно, именно сабля была в арсенале польских «интервентов» и русских «ополченцев».

Слово сабля происходит от венгерского szabni, то есть резать. Согласно классической характеристике, это рубящее или рубяще-колющее длинноклинковое холодное оружие, у которого изогнутый клинок, с одним заточенным по выпуклой стороне лезвием. В Европу сабля пришла преимущественно с Востока (Турции, Персии и арабских стран), где появилась в VI—VII вв.еках. Хотя некоторые исследователи утверждают, что «это оружие восточноевропейских кочевников».

Так, А. К. Левыкин, специалист в области русского антикварного оружия, директор Государственного Исторического музея (ГИМ) считает, что «первый, кто выносит изогнутую саблю на Запад — это племена гуннов и племена угров, венгров, которые вторглись в южную часть Центральной Европы, создавая там свои государства».

Турецкий клыч

В Московском царстве в начале XVII века сабли, как правило, повторяли форму либо восточных, либо европейских аналогов. Например, та самая сабля князя Пожарского, которая хранится в фондах Исторического музея с 1923 года, куда она попала из Соловецкого монастыря, предположительно дело рук мастеров из Турции.

Действительно, ножны и рукоять украшены яшмой, что характерно для турецких кузнецов. Помимо серебра, яшмы и бирюзы оружие украшено маленькими рубинами. И хотя это оружие, скорее всего не предназначалось для боя и, наверное, должно было торжественно висеть на поясе во время какого-нибудь приема, оно вполне соответствовало турецким боевым саблям начала XVII века.

Они были схожей формы и размеров, возможно, с чуть более изогнутым клинком, мощным выступающим обухом для прочности и с большей по размерам елманью — это такое расширение у острия, задача которого усилить рубящий удар. Оригинальное название подобной сабли — клыч или кылыч, впрочем, оно применялось, по сути, ко всему длинноклинковому оружию Турции. Подаренная Шуйскому сабля, как и клыч, в длину достигала 106 см.

Клинок, сделанный из стали без долов составляет 84,7 см (при этом ножны — 90 см). Ширина у основания сабли — 4,9 см, а у елмани (перед расширением) — 4,1 см.

Кстати, елмань служила не только утяжелителем при рубящем ударе. Обычно острие затачивали с двух сторон, что позволяло подрезать уязвимые части тела противника, возвращая клинок после удара. Воин держал оружие обухом по направлению к врагу и при возврате клинка делал режущее движение на себя и тем самым ранил оппонента.

Персидская сабля — шамшир

Загнутая головка рукояти также типична для формы турецкого оружия. С помощью этого загиба создавался необходимый кисти упор для хорошего рубящего удара. Персидские сабли, к слову, имели схожую по форме рукоять.

Правда, их клинок был длиннее и более изогнут, а, самое главное отличие заключалось в отсутствии того самого утолщения к острию. Такая сабля носила название шемшир или шамшир.

Она была, как ни странно, немного тяжелее, чем турецкая: несмотря на то, что изгиб персидского клинка более плавный, сам клинок тоньше, и шамшир был длиннее, чем клыч. Исследователи отмечают его превосходные свойства, сочетающие в себе возможность рубить и колоть. Рукоять сабли тонкая, однако упора как такового нет, поскольку навершие находится почти под прямым углом. Более того, набалдашник на ней отсутствует, поэтому держать шамшир в руке немного труднее

Вместе с саблей, подаренной князю Пожарскому, как считается, там же в Соловецком монастыре были обнаружены боевые клинки (на них присутствуют следы участия в бою — зазубрины) предводителей Второго народного ополчения.

Боевые сабли князя Дмитрия Пожарского (сверху) и Козьмы Минина (снизу), хранящиеся в Оружейной Палате Московского Кремля

Интересно то, что сами клинки были восточными за исключением рукоятей: считается, что они были изготовлены русскими мастерами. На сабле Козьмы Минина было оставлено клеймо: «Сделал мастер Ахмет из Каира». А на клинке князя Пожарского оставлены инициалы персидского мастера Нури.

Такое оружие в то время могли себе позволить разве что богатые люди. Но по мнению заведующего отделом оружия и конского убранства Оружейной палаты Московского Кремля Игоря Комарова, лидеры ополчения «хоть и были людьми не очень состоятельными, но как военачальники должны были иметь оружие первого класса».

Источник: Дилетант

Комментарии
Комментарии