Павел Третьяков. Искусство принадлежит народу

Купец, предприниматель, меценат на протяжении всей жизни собирал картины русских художников, чтобы передать уникальную коллекцию в дар родному городу.
Павел Третьяков. Искусство принадлежит народу

«От Вас крупное имя и дело останется», — сказал художественный критик Владимир Стасов Павлу Третьякову 160 лет назад, слова эти оказались пророческими. Купец, предприниматель, меценат на протяжении всей жизни собирал картины русских художников, чтобы передать уникальную коллекцию в дар родному городу.

МЕЧТА ДЕТСТВА

Павел Третьяков вырос в купеческой семье, получил домашнее образование. Свою первую коллекцию стал собирать с детства: покупал гравюры и литографии на рынке, в маленьких лавочках.

В четырнадцать лет вместе с братом продолжил семейное дело — сначала держали лавки с платками и магазин, а затем приобрели мануфактуру в Костроме. Дела шли успешно, но на образ жизни Третьякова это не влияло.

«Молчаливый, скромный, как бы одинокий» — таким видели Павла Третьякова окружающие. Он избегал балов, не признавал излишеств, всегда носил сюртук одного и того же кроя. Единственное излишество — сигара в день. Но оборотной стороной скромности была широкая душа: он поддерживал училище глухонемых, организовал приют для вдов, сирот и неимущих художников. Поддерживал и смелые начинания, такие как экспедиция Миклухо-Маклая.

СЕМЬЯ ТРЕТЬЯКОВЫХ

В 33 года Павел Третьяков женился на двоюродной сестре Саввы Мамонтова — Вере. Хоть главу семейства и называли «неулыба», брак был гармоничным и счастливым. Третьяков стал угрюм и молчалив после смерти одного из сыновей — Ивана, всеобщего любимца и надежды отца. Но несмотря на семейное несчастье, атмосфера любви сопровождала детей Третьякова на протяжении всей жизни.

«Если детство может действительно быть счастливым, то мое детство было таковым. То доверие, та гармония между любимыми людьми, любившими нас и о нас заботившимися, было, мне кажется, самым ценным и радостным».

Вера Третьякова, старшая дочь

ПРОМЫШЛЕННИК — КОЛЛЕКЦИОНЕР

Осенью 1852 года Третьяков побывал в Петербурге. Более двух недель он ходил по театрам, выставкам, бродил в залах Эрмитажа, Румянцевского музея, Академии художеств и, переполненный впечатлениями, писал матери:

«Видел несколько тысяч картин! Картин великих художников… Рафаэля, Рубенса, Вандерверфа, Пуссена, Мурилла, С. Розы и проч. и проч. Видел несчетное множество статуй и бюстов! Видел сотни столов, ваз, прочих скульптурных вещей из таких камней, о которых я прежде не имел даже понятия».

Эта поездка окончательно сделала купца и промышленника Третьякова коллекционером живописи. Стремление собирать картины русских художников стало смыслом его жизни. На тот момент Павлу Михайловичу было всего 24 года.

Первые картины русских художников меценат купил в 1856 году. Это было «Искушение» Николая Шильдера и «Стычка с финляндскими контрабандистами» Василия Худякова. В ближайшие четыре года жилые комнаты бельэтажа дома в Лаврушинском переулке украсили полотна Ивана Трутнева, Алексея Саврасова, Константина Трутовского… Третьяков не только заложил основу коллекции, но и определил главную цель своего собрания, о чем и написал в завещании.

«Для меня, истинно и пламенно любящего живопись, не может быть лучшего желания, как положить начало общественного, всем доступного хранилища изящных искусств, приносящего многим пользу, всем удовольствие».

В ЕВРОПУ — ЗА ВПЕЧАТЛЕНИЯМИ, В МАСТЕРСКИЕ — ЗА ОПЫТОМ

По промышленным делам Павел Третьяков часто бывал за границей — знакомился с техническими новинками. Эти поездки стали для коллекционера и «художественными университетами». В Германии, Франции, Италии, Англии, Австрии он посещал выставки и музеи.

В тонкости изобразительного искусства посвящали Третьякова и практики — художники. В петербургских мастерских коллекционер узнавал технологию живописи, умел крыть картины лаком или без помощи реставратора удалить повреждение на холсте.

«Манера его держаться в мастерской и на выставках — величайшая скромность и молчаливость», — вспоминал о визитах Третьякова Иван Крамской.

КАРТИНА ЗА КАРТИНОЙ

Движение передвижников обеспечило галерее поток настоящих шедевров. «Грачи прилетели» Саврасова и «Утро стрелецкой казни» Сурикова, «Христос в пустыне» Крамского и «Березовая роща» Куинджи и еще сотни и сотни работ. Третьяков покупал у художников картины целыми собраниями, как у Василия Верещагина: в 1874-м приобрел сразу 144 картины и этюда, 127 карандашных рисунков.

Коллекцию пополнили сразу 80 работ Александра Иванова. Стали частью собрания и живописные впечатления от поездки по Ближнему Востоку Василия Паленова — 102 этюда. Картины художников ХVIII — начала ХIХ века Третьяков собирал по антикварным магазинам и частным лавкам.

Сами художники признавали, что коллекционер обладал особым восприятием живописи, и на выставках порою не знали, какие картины он выберет. «Это человек с каким-то, должно быть, дьявольским чутьем», — говорил о Третьякове Крамской.

Государственная Третьяковская галерея

ГАЛЕРЕЯ В ЛАВРУШИНСКОМ ПЕРЕУЛКЕ

К 1872 году многочисленное семейство Третьяковых утомили желающие увидеть его уникальное собрание, и коллекционер решил построить для него отдельное здание. Новые залы пристраивали постепенно. После смерти брата — Сергея Третьякова — его коллекция тоже заняла место в галерее, и тогда же было принято решение передать собрание картин городу.

«Желая способствовать устройству в дорогом для меня городе полезных учреждений, содействовать процветанию искусств в России и вместе с тем сохранить на вечное время собранную мною коллекцию».

Павел Третьяков

Сам меценат на открытии галереи не присутствовал — уехал из Москвы с семьей на полгода, так как не любил лишнего внимания к своей персоне. После открытия галереи, по воспоминаниям современников, Александр III намеревался пожаловать Третьякову дворянство, но Павел Александрович отказался. «Я купцом родился, купцом и умру»,— сказал коллекционер чиновнику, который явился его обрадовать. Как и прежде, Третьяков приходил в галерею, составлял каталоги и просто любовался картинами…

«Иногда в галерее появлялся высокий, сухощавый человек. Он подходил то к одной, то к другой картине, пристально, любовно всматривался в них, вынимая из сюртука платок, свертывал его «комочком», бережно стирал замеченную на картине пыль… Мы знали, что это был сам Павел Михайлович Третьяков».

Михаил Нестеров

Последний дар Третьякова галерее — эскиз Левитана к картине «Над вечным покоем». Коллекционер уже был болен, хворала и его супруга, дочери вышли замуж и разъехались, опустел дом в Лаврушинском переулке. Но дом для картин, созданных талантливыми русскими художниками, всегда полон. Вот уже второе столетие люди приходят, чтобы увидеть уникальную коллекцию. И имя осталось, и дело не пропало.

«Мне не нужно ни богатой природы, ни великолепной композиции, ни эффектного освещения, никаких чудес, дайте мне хоть лужу грязную, но чтобы в ней правда была, поэзия, а поэзия во всем может быть, это дело художника».

Павел Третьяков

Комментарии
Комментарии