«Взбрело»

Мастера хендмейда о том, как хобби стало делом жизни.
«Взбрело»

Многие думают, что сидеть в офисе за компьютером — это «серьезная и взрослая работа», а, скажем, расписывать вазы — это так, баловство. Но если досуг увлекает вас куда больше, чем основная специальность, пора задуматься, а не поменять ли их местами. О том, что из этого может получится, рассказывают пользователи ЖЖ.

Катя Рабей, студент-ювелир

Однажды в 9-м классе я, упаковывая подарок на день рождения подруги в белую бумагу, испытала внезапный прилив вдохновения — я взяла тюбик клея, нарисовала им на свёртке морские волны и рыб, потом приклеила лист фольги и, подождав, пока высохнет, отодрала — оставив на белом фоне мятый серебряный узор. Это было первым, извините за выражение, «актом творчества» после пластилиновых снеговиков и портретов семьи гуашью в младших классах. Именно с этого момента я отсчитываю свою любовь делать руками что-то, что можно держать и трогать, — я стала маниакально лепить бусины из фимо [полимерной глины FIMO. — Прим. ред. ], плести фенечки из мулине, разрисовывать вазочки и блюдечки красками по керамике — в общем, классический набор lame hippie girlfriend.

Потом я поступила на филологический в РГГУ — это была такая вещь, которая вроде как написана на роду, я вообще не представляла, что можно быть кем-то ещё. Однажды, когда мне ещё было 14, я была с мамой в ныне почившем кабаке «Апшу», и там к нам подошёл поэт Игорь Иртеньев и спросил маму: «А дочка твоя в РГГУ ведь учится?» — «Ну что ты, она ещё в восьмом классе» — отвечала мама. — «А, ну, значит, будет» — сказал поэт Игорь Иртеньев и удалился.

Я училась в РГГУ и в свободное между Чулковым и Карамзиным время продолжала неистово лепить бусины из фимо, на третьем курсе я научилась управляться с эпоксидной смолой, на четвёртом с помощью ютюба освоила витражную технику Тиффани, навострилась паять и резать стекло, на пятом — самообучилась линогравюре и стала вырезать экслибрисы всем подряд. Я сама никогда не воспринимала свой хендмейд слишком всерьёз, хотя курса со второго стала немного в частном порядке приторговывать, а с четвёртого — давала мастер-классы по технике Тиффани. Есть же вот настоящая работа, — думала я, — и работала переводчиком, преподавателем итальянского для детей, корректором, редактором и журналистом.

Комментарии
Комментарии