В запретных комнатах

Старожилам Берлинале известно, что лучший раздел программы – "Форум". Его составители ищут фильмы, говорящие со зрителем на новом языке, без надоевших клише и штампов. Такова, например, "Запретная комната" знаменитого канадского режиссера Гая Мэддина, реконструировавшего сюжеты утраченных немых картин. В тонущую подводную лодку непостижимым образом пробирается облепленный листьями дровосек, желающий спасти страдающую амнезией цветочницу Марго, которую заточила в пещере банда "Красные волки". Бедная Марго! Теперь набожные островитяне должны принести ее в жертву, бросив в жерло вулкана, но на помощь приходит ушлая женщина-юрист, потерпевшая авиакатастрофу. Джеральдина Чаплин изображает Женщину с Кнутом, а Удо Кир – лакея, которого убивают, облыжно обвинив в краже чучела чихуахуа. На этот фильм выстроилась огромная очередь, жаждущие опоясали четыре этажа кинотеатра Cubix на Александерплац.

С не меньшим восторгом встретили зрители фильм Антуана Барро «Красная спина». Все в этой картине зыбко и раздваивается, будто в расколотом зеркале. Режиссер Бертран Бонелло играет вроде бы самого себя, но это не вполне он. Его герой, тоже кинорежиссер, которого по случайному совпадению зовут Бертран, ищет в картинных галереях изображение идеального чудовища, но Бальтюс, Доре и Миро его не удовлетворяют. Только в фотографии юноши в бюстгальтере он находит нечто впечатляющее и заставляет меланхоличного журналиста побрить грудь и имитировать сцену, запечатленную Дианой Арбус. Бертрану помогает загадочная женщина-искусствовед, способная разглядеть монстров повсюду, но и она раздваивается, приводя режиссера в замешательство. Антуан Барро собрал темы, которые увлекают Бонелло и, перетасовав их, сделал ни на что не похожее кино о полях неопределенности, где колосится пшеница искусства. Почему же фильм называется "Красная спина"? Да потому, что в поисках нарисованных монстров Бертран сам превращается в чудовище.