Окопная правда Иннокентия Смоктуновского

Окопная правда Иннокентия Смоктуновского

- Папа не любил вспоминать войну, - говорит дочь великого актера Мария Иннокентьевна. - Он хлебнул на ней столько лиха, что саму память о ней старался в душе не тревожить. Поэтому, наверное, и нам с братом ничего не рассказывал, и фронтовые медали не носил. А потом, неожиданно для нас, семьи, и для многочисленных почитателей его таланта, написал потрясающие пронзительной честностью воспоминания.

18-летний сибиряк Иннокентий Смоктунович (настоящая фамилия артиста, у него белорусские корни) попал на фронт в 1943 году. После Курской дуги участвовал в форсировании Днепра. Безвозвратные потери Красной армии в ходе этой грандиозной военной операции - 417 323 человека, раненых было - 1 269 841 человек. А его даже не царапнуло.За доставку под огнем донесения был представлен к медали "За отвагу".Вот что написано в представлении к награде, опубликованном на сайте "Подвиг Народа" (мы оставляем без изменений орфографию и пунктуацию. - Ред.):

ПРИКАЗКраснознаменной Бахмачской стрелковой дивизии.19 октября 1943 года. N 26н. Действующая армияОт имени Президиума Верховного Совета СССР награждаю медалью "За отвагу":...9. Связного штаба полка гвардии рядового Смоктунович Иннокентия Михайловича за то, что под обстрелом противника в брод через реку Днепр доставлял боевые донесения в штаб 75 гвардейской Краснознаменной Бахмачской стр. дивизии. 1925 года рождения, б/п, русский, образование 8 классов, призван Красноярским ГВК.Командир полка Гвардии полковник (Борисов)"

А вот как описывает этот фронтовой эпизод в мемуарах сам Иннокентий Михайлович:"...Затея эта была обречена, это понимали все. Мой напарник, лишь войдя в воду, был ранен и не мог держаться со мною рядом. Я же должен был уходить, пытаться прорваться сквозь зону обстрела - такое указание тоже было, и где-то у середины протоки, захлебываясь, едва успевая схватить воздуха перед тем, как опять уйти под воду, оглянувшись, увидел, как он, странно разбрасывая руки, боком, как споткнувшийся или пьяный, тяжело падал в воду, барахтался, вставал и опять валился на бок. Я что-то пытался крикнуть ему, но думаю, что это было неверно, глупо, да и просто бесполезно - грохот разрывов усилившегося обстрела (ребята у минометов видели, что я пока все еще жив и на плаву уходил) заглушал все кругом."

Комментарии
Комментарии